Вверх

Вы здесь

Секреты генерала Эйтингона

К профессиональному празднику - Дню сотрудника органов государственной безопасности, который ежегодно отмечается 20 декабря, в областном центре открыт памятный знак чекистам Могилевщины, внесшим значительный вклад в обеспечение государственной безопасности, начиная с далекого 1918 года.

Секреты окружали и окружают биографию этого человека буквально с колыбели и до самой его кончины...

Посудите сами: большую часть жизни все окружающие называли его Леонид Александрович На­умов, но в историю он вошел как Наум Эйтингон, хотя в метриках был записан как Натан; родился, действительно, 6 декабря 1899 года, но в городе Могилеве, а не так, как пишется во многих источ­никах - в белорусском местечке Шклов, что неподалеку от... Гомеля (это не шутка - посмотрите справочники в Интернете) в бедной еврейской семье Эйтингонов. О том, когда и где он умер, где похоронен, широкой общественности стало известно относительно недавно, впрочем, как и то, что он вообще существовал... Вышеперечисленные сноски на литературные источники - это то немногое, из чего спустя более чем 30 лет после его смерти могут узнать рядовые обыватели о жизни этого человека-легенды, «Последнего рыцаря советской разведки», как называют его чекисты.

Но мы, его земляки, знаем больше.

Фамилия его, действительно, Эйтингон. Имя Наум он также носил с детства, но во многих еврейских семьях, как и у ряда других народов, было принято не называть ребенка именем, дан­ным ему при рождении (дабы отвлечь злых духов). Родился он в Могилеве, но детство свое про­вел в Шклове (состоявшем тогда, равно как и Могилев, в составе Гомельской губернии).

Семья Эйтингонов была в Шклове весьма авторитетной в т.ч. и из уважения к ее историческим корням: один из их предков прославился в Отечественной войне 1812 года как совершивший подвиг, аналогичный подвигу Ивана Сусанина - отказался показать французам дорогу на Могилев и Смоленск, за что и был повешен солдатами Наполеона.

Его отец - известный дантист, основавший госпиталь в Лейпциге (в память о чем там до сих пор су­ществует улица его имени), был, кроме прочего, членом правления Шкловского ссудо-сберегательного товарищества.

Мама Наума была представительницей одной из богатейших могилевских еврейских фамилий - Гранат - тех самых, откуда вышли всемирно известные братья-энциклопедисты, тех Гранат, чьи дома до сих пор стоят в Могилеве.

Не стоит удивляться классическому образованию будущего разведчика: его свободному вла­дению 6 языками, включая латынь, грамотностью в вопросах истории и права, начитанностью, безупречным знанием этикета, элегантным музицированием и легкостью в танцах, свободным владением телом, столь необходимым в гимнастике и единоборствах, и т.п. качествам, всегда удивлявшим близко знавших Эйтингона людей.

Увы, после большевистской революции реальная биография могла привести Наума к самым нежелательным последствиям, чего продвинутому юноше совсем не хотелось. Тем более, что за годы учебы в Могилеве он более чем проникся революционным духом (правда, не большевистским, а изначально гораздо более популярным на тот момент эсеровским). Романтика революции не просто вскружила ему голову - верность идеалам борьбы за свободу угнетенных и идеалы революции стала его главным жизненным принципом.

Поэтому он быстро изменил в своей автобиографии биографию отца на биографию его брата - скромного конторщика на бумажной фабрике. Отсюда и появилась тема выходца из бедной еврейской семьи.

Свою трудовую деятельность Наум начал еще несовершеннолетним - «на побегушках» в городском отделе статистики, потом в пенсионном отделе Моггорсовета, при немцах - сначала рабочим на бетонном заводе, а затем на складе, где применял свои коммерческие знания. Отличался, как сегодня принято говорить, большой социальной активностью. Потому, несмотря на возраст, был членом профкома.

После освобождения города работал делопроизводителем и инструктором в губернском продкомитете, вступил в ряды РКП(б), был приглашен на работу в профсоюзы. А затем его, вместе с группой членов профсоюза направили в ГубПродКом заниматься продразверсткой. Становится бойцом отряда по защите города от белогвардейцев. Потом - Москва, курсы при Всероссийском Совете рабочих коопераций. И снова на родину. Но на этот раз уже в качестве заведующего секретно-оперативным отделом Гомельского ГубЧК.

Секретные поручения, непонятные окружающим долгие отлучки, командировки в Москву, замещение председателя, а в марте 1921 года 22-летний Эйтингон утверждается... членом коллегии ГубЧК.

В ходе гражданской войны бесстрашно сражался с бандами Булак-Булаховича и террористи­ческими группами савинковской организации, лично осуществлял руководство агентурной разведкой и захватом известного авантюриста Опперпута. Хотя и не отличался могучим телосложением, был храбр в бою, находчив, смекалист, быстро обучаем, а потому и быстро рос по службе.

В конце 1921г. Эйтингон назначается председателем Смоленского ГубЧК, а затем - председателем ОГПУ Башкирии. А в мае 1923г. его отзывают в Москву, к Ф.Э. Дзержинскому. В центральном аппарате ОГПУ он работает помощником начальника отделения под началом знаменитого руководителя Восточного отдела Яна Петерса. Одновременно поступает на заочное отделение восточного факультета Военной академии Генштаба, который заканчивает в середине 1925 года.

С этого момента вся его дальнейшая жизнь будет связана с советской разведкой. Он зачисляется в иностранный отдел ОГПУ и в октябре 1925 года направляется в Китай резидентом внешней раз­ведки под «крышей» дипломата в Шанхае. Подробности тех операций до сих пор засекречены. Из известных сегодня можно назвать такие, как освобождение группы советских военсоветников, срыв попытки захвата советского консульства в Шанхае и операцию по ликвидации кровавого диктатора Манчжурии и Северного Китая Чжан Цзолиня (до 2001г. (!) считалось, что это сделали агенты японской разведки).

Имея за плечами боевой опыт, навыки контрразведывательной работы и хорошее для того време­ни военное образование (учился он, к примеру, с будущими маршалами Чуйковым и Головановым), в Китае Наум Эйтингон постигает на практике тонкости искусства закордонной разведывательной работы, оттачивает оперативное мастерство аналитика, конспиратора и разработчика сложных разведкомбинаций. Его агенты проникают в круги российской эмиграции, органы местной власти и резидентуры иностранных спецслужб. Последние, особенно британская разведка СИС, были его главными противниками и «первыми учителями».

В Китае друзьями и товарищами Эйтингона по боевой работе стали такие выдающиеся разведчики, как Григорий Сапник, болгарин Иван Винаров и немец Рихард Зорге.

После налета китайской полиции на советское посольство в Харбине весной 1929 года Эйтингона отозвали в Центр.

Вскоре он оказался в Константинополе под «глубоким прикрытием» пресс-атташе посольства СССР. Там он сосредоточил усилия резидентуры на добывании секретной информации в ино­странных посольствах - японском, французском и австрийском. Но в Турции он пробыл недолго, успев, впрочем, за это время восстановить агентурную сеть в Греции...

По возвращении в Центр Эйтингон, взявший псевдоним «Леонид Александрович Наумов» (еще в 20-х годах практически все евреи-чекисты взяли себе русские имена, т.к. среди осведомителей и информаторов, преимущественно выходцев из кругов дворянства и бывшего офицерства, был широко распространен антисемитизм), был назначен заместителем начальника Особой группы при председателе ОГПУ (знаменитого разведчика «Дяди Яши»).

Затем два года в качестве нелегального резидента находился во Франции и Бельгии и почти три года возглавлял 1-е отделение иностранного отдела - всей нелегальной разведки ОГПУ.

Опыт «Группы дяди Яши», созданной еще Менжинским в 1926 году как разведывательной служ­бы, использовался для глубокого внедрения агентуры на объекты военно-стратегического назначения и подготовки диверсионных операций в Западной Европе и Японии в случае войны. Некоторое время Эйтингон возглавлял в нем отделение, координирующее работу иностранных резидентур.

Наряду с этим ему принадлежит заслуга в создании подразделения разведки, занимавшегося изготовлением поддельных документов для нелегальных операций, в котором буквально творил чудеса знаменитый австриец Миллер, из-под рук которого выходили «непробиваемые ксивы».

Наиболее загадочным периодом службы Эйтингона является период 1933-1936 годов, когда он руководил нелегальной разведкой с правом вербовать и привлекать к сотрудничеству людей без санкции Центра. Теперь главными были задачи по добыванию экономической и технической информации.

В эти годы Эйтингону пришлось нелегально побывать в загранкомандировках и в уже знакомом ему Китае, и в США, где он руководил созданием глубоко законспирированной агентурной сети и легализовал на Западном побережье США как минимум двух агентов, и в Иране, и в Германии, и во Франции, в Бельгии. И что характерно - этого элегантного и обаятельного мужчину везде воспринимали «за своего»: в Америке - за американца, в Европе - за европейца, в Азии, неизвестно почему - просто за «своего парня».

Но в 1936 году в Испании развернулась гражданская война, и лучшие кадры советской разведки были направлены туда.

В Испании «Вездесущий Наум», как в шутку называли его друзья, был известен как «майор госбезопасности Леонид Александрович Котов» - официальный заместитель советника при республиканском правительстве, а также под псевдонимами «Грозовский», «Наумов», «Леонов», «Товарищ Пабло» и др. Фактически же он был заместителем резидента НКВД, а затем и главным резидентом. Под его руководством сражались будущие Герои Советского Союза чекисты Ваупшасов, Прокопюк, наши земляки Орловский и Рабцевич, участник операций «Синдикат» и «Трест» Сыроежкин и др.

Эйтингон отвечал не только за разведку, но и за контрразведывательную работу. Так, например, ему удалось склонить к сотрудничеству одного из основателей фашистской партии Фердинандо де Куэс и племянника главы испанской фашистской партии Примо де Ривейры, друга Гитлера.

Но главное - именно он руководил операцией по отправке в Москву государственного золотого запаса Испании общей стоимостью более полмиллиарда долларов. Аналогов такой операции история пока не знает...

В Москву Эйтингон вернулся только весной 1941 года. За пять дней до начала войны.

И снова за кордон. На этот раз - в Турцию, где удалось главное - обеспечить нейтралитет Турции как гарантию недопущения практически смертельной на тот момент для СССР войны «на два фронта»...

В 1942 году Эйтингон назначается заместителем начальника легендарного разведчика П.А. Судоплатова) 4-го управления НКГБ СССР. Это был именно тот центр советской разведки, который организовывал всю разведывательно-диверсионную работу на оккупированных фашистами тер­риториях.

Именно период военной биографии Эйтингона практически все историки называют его «звездным часом» - тем временем, когда максимально раскрылся и был реализован его талант гениального разведчика и контрразведчика, когда он реализовал свои главные, наиболее значимые для Отечества и Истории проекты. Все, что было до этого - прелюдия; все, что было потом - эпилог и послесловие...

Во-первых, Эйтингон участвовал в создании т.н. ОМСБОН - отдельной мотострелковой бригады особого назначения - легендарного спецназа периода Великой Отечественной войны, прославившегося своими операциями в тылу врага.

С заданиями этого Управления в тыл противника были направлены лучшие советские разведчики и контрразведчики (Е.И. Мирковский, Н. Михайлашев, В. Неклюдов, К. Орловский, А. Рабцевич, Н. Кузнецов, Д. Медведев и мн. др.). 22 из них за разведывательно-боевую деятельность в тылу врага было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.

Есть еще одна сторона жизни разведки, где Эйтингон оставил свой значительный след - «атомный шпионаж», о чем также известно немного...

В послевоенные годы Эйтингон возглавлял операции по ликвидации террористических организа­ций на территории СССР.

А 28 октября 1951г. он был арестован по обвинению в принадлежности к сионистской органи­зации. После смерти Сталина его освободили, но 21 августа вновь арестовали, но уже по делу Бе­рии. Так «сталинский разведчик» стал «хрущевским политическим узником», был осужден на 12 лет и освобожден 20 марта 1964 года. Умер 9 мая 1981 года, но реабилитирован лишь в 1992 году...

«Вестник Могилева»

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

Читайте также в категории «история»:

08.12.2017 - 09:54 | Могилевская область 15 января отметит 80 лет со дня основания. По страницам истории

15 января 1938 года на карте огромной тогда страны - Советского Союза - появилась Могилевская область. Решение об ее образовании приняла первая сессия Верховного Совета СССР. Начался отсчет современной истории Приднепровского края.

07.12.2017 - 11:12 | В Могилеве отметят 100-летие со дня образования органов ЗАГС Беларуси

В Могилеве отметят 100-летие со дня образования органов ЗАГС Беларуси.

22.11.2017 - 10:53 | В Кировском районе поисковики обнаружили останки советских самолетов, сбитых летом 1941-го

В Кировском районе в ходе поисковой экспедиции могилевские историки и краеведы обнаружили фрагменты одного из советских самолетов, сбитых здесь фашистами летом 1941 года. Всего между деревнями Зеленая Роща и Забуднянские Хутора в самом начале Великой Отечественной немцы уничтожили 4 бомбардировщика СБ-2… Благодаря воспоминаниям очевидцев-старожилов поисковикам удалось установить уже несколько имен погибших летчиков.

14.11.2017 - 11:53 | Мемориальную доску в честь известного ученого-краеведа Петра Лярского установят в Могилеве в январе 2018 года

Мемориальную доску в честь известного ученого-краеведа Петра Лярского установят в Могилеве в январе 2018 года. Об этом сообщили в МГУ им. А.А. Кулешова.

10.11.2017 - 11:28 | Могилевчан приглашают принять участие в викторине «Жизнь и творчество К.М. Симонова»

Могилевчан приглашают принять участие в викторине «Жизнь и творчество К.М. Симонова». Мероприятие приурочено к 102-летию со дня рождения писателя, сообщили корреспонденту сайта в общественном объединении «Русское культурно-просветительское общество».

Рубрики

Работа с обращениями граждан и юридических лиц
Электронные обращения