Вверх

Вы здесь

Александр КОСТЕРОВ, ВЗГЛЯД НА ОБОРОНУ МОГИЛЕВА ЛЕТОМ 1941 ГОДА ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ ЗАРУБЕЖНЫХ ПИСЬМЕННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Александр КОСТЕРОВ

ВЗГЛЯД НА ОБОРОНУ МОГИЛЕВА ЛЕТОМ 1941 ГОДА ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ ЗАРУБЕЖНЫХ ПИСЬМЕННЫХ ИСТОЧНИКОВ

В контексте изучения проблем начального периода войны не угасает интерес историков, краеведов и журналистов к событиям обороны Могилева летом 1941 года. Нередко авторы печатают материалы без должного внимания к подлинности фактов, демонстрируют вопиющее невежество относительно уже известных событий, подкрепленных архивными документами, тиражируют старые и плодят новые мифы.

В книге российского автора Абатурова В. В. «1941. На Западном направлении» в изложении хода оборонительных боев под Могилевом и приложенной карте­схеме вокруг города с севера на юг указаны 8 немецких пехотных дивизий, даны комментарии: с запада на Могилев шли 23, 7, 263, 15 пд, их поддерживали 3­-я тд и 3 эскадры 2­-го воздушного флота, затем в тылу 172-­й сд развернулись 258 и 78 пд, а с 17 июля подключились 34 и 10 пд. Только за один день в ходе 14­-часового боя было подбито и сожжено 39 немецких танков [1].

В сериале «Советский Союз», показанном по белорусскому телевидению в декабре 2007 года, в фильме о войне ведущий комментировал бой на Буйничском поле, утверждал об уничтожении десятков современных немецких танков «Тигр» и «Пантера». Несведущий читатель (зритель), естественно, будет огорошен такими фактами. Тенденциозные публикации создают ненаучное мнение о самой истории как науке объяснять прошлое в очередных рамках, заданных надежно установленными фактами и документально обоснованным интерпретированием.

Искажению исторической истины отечественные историки противопоставляют сравнительно-­исторический метод исследования, широко используя впервые введенные в оборот зарубежные источники: архивы, монографии, мемуарную литературу. Примером того является публикация ученого Новикова С.Е., в которой историк изложил свое видение событий 12 июля 1941 года на Буйничском поле, опубликовал новые документы из немецкого архива (донесения командиров немецких танковых рот 3­-й тд о боях под Могилевом) [2]. Теперь можно беспристрастно взглянуть на событие с обеих, враждующих, сторон. В данной статье автор ставит задачу дать историографический обзор и некоторые оценки уже известных зарубежных работ. Не претендуя на полноту картины в освещении проблемы, надеюсь, что процесс ее изучения будет расширяться, неизвестные доселе нам письменные зарубежные источники станут более доступными, картина начального периода войны на территории Беларуси будет видеться реальней.

В советское время для наших историков главным источником с немецкой стороны был военный дневник Ф. Гальдера. В своих записях начальник генштаба сухопутных сил скрупулезно в контексте событий всей войны отслеживает факты боевых действий войск группы армий (ГА) «Центр» на могилевском направлении, размышляет о степени их активности, рассуждает о трудностях на пути танковых сил Гудериана в связи с ожесточенным сопротивлением русских сил. Запись 15 июля 1941г.:

«…Необходимо организовать немедленное очищение территории, ликвидация их станет возможной с подходом пехотных соединений». Об этом размышления и 16, 18 июля. Запись 21 июля: «В районе Могилева противник продолжает оказывать ожесточенное сопротивление» [3].

Недавно опубликован военный дневник командующего ГА «Центр» Ф. фон Бока, в котором гитлеровский фельдмаршал, размышляя наедине или в донесениях в Ставку, держит в поле зрения на протяжении всего периода оборонительные бои под Могилевом. Авторские записи свидетельствуют:

«15 июля. Русские все еще находятся в Могилеве и севернее вплоть до Орши, на этой линии они также удерживают позиции на восточном берегу Днепра; 20 июля. 13­й корпус атакует Могилев; 22 июля. Русские продолжают упорно обороняться в районе Могилева, так что атаки 2­х наших лучших дивизий (23 я, Хелмих, и 7­я, Гобленц) имели на этом направлении ограниченный успех; 23 июля. 7 корпус (Фармбахер) атакует с запада Могилев силами до 2­х дивизий, в то время 78­я дивизия (Галленкамп) наступает с юга на восточном берегу Днепра; 24 июля. Могилев, который находится на грани коллапса, подвергается атакам 3­х дивизий и сильному артобстрелу, но, тем не менее, все еще продолжает огрызаться. Все­-таки русские невероятно упрямы!» Наконец, 27 июля 1941 г. Бок констатирует, что Могилев пал, в подчинение танковой группы Гудериана подтягивается со стороны Могилева 7­й армейский корпус, заключая: «Ничего не поделаешь: фронт моей группы армий слишком тонок, особенно на юге от Днепра, и других, более масштабных операций я позволить себе не могу» [4].

Отношение к военной ситуации в районе Могилева определил в своих мемуарах Г. Гудериан. 30 июля он получил приказ главного командования, требующего выхода на Днепр и «как можно быстрее захватить переправы у Рогачева, Могилева и Орши». Гудериан рассуждает о трудном решении, которое он принимал, определяя главное направление при форсировании Днепра, свою ретивость он оправдывал тем, что у Могилева накапливались свежие силы русских войск, что они еще незначительные, потому ждать подхода своих пехотных дивизий – значит потерять темп и время. Однако с ходу взять Могилев его войскам не удалось, у Белыничей и на подступах к Могилеву им было оказано упорное сопротивление, в том числе и элитной дивизии СС «Рейх». Ценность мемуаров Гудериана в том, что он периодически дает дислокацию войск. Например, вечер 9 июля, накануне решающей битвы за Днепр: на правом фланге передовые части 3­й тд достигли Н. Быхова фронтом на север, 10-­я мд и 4-­я тд у Ст. Быхова в пунктах переправы; на левом фланге, 10­я тд южнее Шклова, дивизия СС «Рейх» у Павлово, а несколько частей южнее Могилева обеспечивают правый фланг корпуса, полк «Великая Германия» у Белыничей.

Гудериан поставил задачу 24­-му мк после форсирования Днепра самому обеспечить свой левый от возможных атак противника. С этой целью по правобережью к Могилеву выделялись подразделения 3-­й тд, по левобережью – 10­й мд, с которыми будут вести бои защитники Могилева, до подхода основных сил немецкой пехоты. 46­й мк обязан был обеспечить свой фланг силами мотополка «Великая Германия». У Гудериана нет подробных описаний боев под Могилевом, однако 13 июля с КП у д. Заходы он отмечает: «С юга был слышен интенсивный огонь, и можно было сделать вывод, что пехотный полк «Великая Германия» ведет тяжелые бои. Ночью раздался крик о помощи: расстрелял все патроны. Полк, еще не привыкший к боям в России, требовал дополнительные боеприпасы. Но он не получил ничего: нер­возная стрельба была прекращена, наступило спокойствие». В эти дни, отмечается в мемуарах, особенно жесткие контратаки русских предприняты с могилевских предмостных укреплений в южном и юго-­восточном направлениях. Согласно дислокации войск на 16 июля, части 10­-й мд южнее, а части полка «Великая Германия» севернее Могилева сдерживали контрудары защитников Днепровского рубежа. Последнее упоминание Гудериана о данных событиях от 26 июля: « Были уничтожены крупные силы противника, действующие в тылу наших войск, у Могилева» [5].

Карелл П. в книге воспоминаний довольно подробно описал бои за Могилев: «20 июля к западу от реки город окружили 4 наших дивизии и 7­-й корпус». Непосредственно сам город штурмовала 23­-я Берлинско-­Бранденбургская пд в составе 9, 67, 68 го полков в районе Буйнич и левобережья Днепра со стороны моста. По оценке Карелла, жестокие бои шли несколько дней, «и вот когда 27 июля на шее защитников затянули удавку солдаты 15, 23 и 7-­й пд, тут они уже не выдержали. Часть русских пытались прорваться на грузовиках в западном направлении, но их уничтожили. 23­я пд по быстро отремонтированному мосту двинулась дальше на восток. 15­я пд заняла Могилев. Потери одной только 23-­й пд составили убитыми – 264, пропавшими без вести – 83, ранеными – 1088. Высокая цена за взятый в глубоком тылу город»[6].

Описание боев за город можно проследить в детальных воспоминаниях участника войны, ветерана 78-­й пд 13­-го ак, которая сражалась с войсками 172-­й сд и частями 61­-го ск на левом берегу Днепра. Об этом подробно писалось в историко­краеведческих сборниках и книгах могилевских ученых [7].

Участник войны на Восточном фронте, ветеран 7-­й пд Л. Штейдле вспоминал, что после того, как эффект внезапности исчерпал себя, советские войска, применяя гибкую тактику, оказывали упорное сопротивление. Чтобы сломить сопротивление 3­х советских дивизий в районе Могилева, пришлось ввести в дело 7 немецких, в т.ч. части нашей мюнхенской. Эти дивизии были задержаны здесь на целую неделю [8]. Автор, говоря о семи дивизиях, имеет в виду все Могилевское направление. Это можно понять из воспоминаний других немецких военачальников, соединения которых составляли группу армий «Центр».

В их числе командир 9­го армейского корпуса Герман Гейер. В составе его корпуса находились 263, 137 и 292-­я пд. Кстати, по замечанию Гейера, так называемая «линия Сталина» относилась к оборонительным укреплениям на Днепре. Задача 9-­го корпуса состояла в том, чтобы к 18 июля дивизии выйти на рубеж Днепра между Оршей и Шкловом. Следом за нами двигался 7­-й ак, который затем сместился южнее на Могилев. Правый фланг корпуса Гейера с 263-­й пд шел через север Могилевщины на Шклов. Автор мемуаров описывает состояние своих войск, отношение к местному населению в пути движения, отмечает, что 263-­й пд удалось выйти к Днепру 16 июля, двумя днями ранее назначенного срока, и сменить полк «Великая Германия», который находился между Могилевом и Шкловом. 17 июля дивизия отдыхала, а 18 июля участвовала в нескольких незначительных схватках под Шкловом, в которых, однако, погибли 2 командира. Можно предположить, что сражались с ней части 61­го ск генерала Бакунина. Интересна данная книга и тем, что в ней дана подробная характеристика структуры и матчасти 263-­й пд. К 24 июля, по заключению Г. Гейера, корпус двигался за левым крылом Гудериана, преодолев по Беларуси почти 700 км (в среднем 33 км в день). Расстояние между авангардом гудериановских войск и частями корпуса составляло 200 км [9].

Оставил мемуары и командир 5­-й пд 53­-го ак Лотар Рендулич.

Хорошо вооруженная, в количественном отношении – 15 273 чел., с усиленной матчастью дивизия, т.н. 2­-й волны, совершала марш из Бобруйска на Рогачев, однако 14 июля получила приказ развернуться и двигаться в направлении к Могилеву. 15 июля дивизия совершала 30­ км марш, пока не получила информацию, что в районе Рогачева началось наступление Красной Армии и ей приказано было повернуть назад. В размышлениях Рендулича чувствуется тревога, что сражения в России – это не триумф по европейским странам от Франции до Балкан. «Марш проходил через лесной массив в густой, доходившей до верхушек деревьев, пыли, что потребовало от личного состава крайнего напряжения. Машины и артиллерия продвигались по сильно заболоченным дорогам и топким местам по Друти с большими трудностями и лишь с помощью специально выделенных для этого людей» [10].

Применительно к боевым действиям на Днепровском рубеже в 1941 году много ценного можно почерпнуть из книги немецкого офицера Генштаба на Восточном фронте Э. Миддельдорфа «Русская кампания: тактика и вооружение». Уже после войны автор, очевидец событий, анализирует особенности ведения боев немецких и русских войск, организацию и вооружение основных родов войск, признает «способность русских быстро создавать укрепленные позиции», особо отмечает мощность противотанковой обороны русских войск, делает выводы по основным вопросам тактики. Миддельдорф использовал в книге материалы отдела боевой подготовки бывшего Генштаба, указания и доклады обобщенного боевого опыта, личный опыт, записи сотрудников [11].

Письма немецких военнослужащих, отправленные с фронта домой, раскрывают облик как захватчиков, оболваненных нацистской пропагандой, так и обычных людей с их эмоциями и переживаниями о своем будущем. В большинстве это был волевой, грамотный в военном отношении, хорошо вооруженный боец, имеющий опыт боев и убежденный в своем превосходстве над противником. Таким он вступил и воевал на территории Беларуси и Могилевщины.

В июле 1941 года в войсках ГА «Центр» появилась брошюра с названием «Почему мы начали войну со Сталиным». В ней немало цитат из речей фюрера, обвинений СССР в сговоре с плутократией Англии. Страницы текста наполнены антисемитскими лозунгами, констатируют нищету и бескультурье советских людей, описывают зверства НКВД и т.д. В связи с этим характерны и выдержки из писем. 10 июля 1941 г.: «Немецкий народ в неоплатном долгу перед фюрером, ибо если бы эти бестии, с которыми мы сейчас ведем борьбу, ворвались в Германию, то начались бы такие убийства, которых не видел мир». 16 июля: «Все взятые в плен или арестованные комиссары и прочие лица расстреливаются на месте…» [12].

Немецкий историк И. Гофман в монографии «Сталинская война на уничтожение: планирование, осуществление, документы», используя многочисленные архивные документы, приводит факты зверского ведения войны обеих враждующих сторон. В книге этому посвящена целая глава «По всему фронту. Уже 22 июня 1941 г. были убиты первые военнопленные» [13].

Историко­сравнительный метод позволяет согласиться с такими утверждениями. В книге «Война в моей жизни – судьба …», вышедшей в Могилеве с воспоминаниями ветеранов войны, работник военной комендатуры могилевского гарнизона в дни обороны Лустенков Г.П. свидетельствовал: «Гарнизонную гаупт­вахту, где сидели немцы, решили очистить и, предположительно, 23­24 июля немцы были уничтожены тут же около гауптвахты» [14].

В раскрытие данной темы внесли вклад и английские историки. В исследовании С. Ньютона «Пожарник» Гитлера – фельд­маршал Модель» о действиях под Могилевом в июле 1941 г. 3­й тд в мемуарах немецких военачальников Г. Гудериана, Э. Манштейна командир 3­й тд едва упоминается, и не в самых ярких тонах, сам он не оставил записей, покончив жизнь самоубийством в конце войны. В 1941 г. В. Модель прошел со своей дивизией всю Беларусь, оставил заметный след в сражениях на Днепре под Могилевом. Накануне форсирования реки Модель переформировал свою дивизию в 3 боевые группы: первая – мотопехота с одним танковым батальоном, вторая – в основном танковая, третья – усиленная артиллерийская; каждая имела при штурме реки свое предназначение. Именно 1­я группа («Клееман») имела цель прикрыть от контратак фланги со стороны Могилева [15]. О фельдмаршале Моделе и его действиях на Восточном фронте написано исследование другим английским историком Г. Эндрюсом, где также отмечается роль 3-­й тд и ее командира в ведении боевых действий на Днепровском рубеже [16].

Английский историк Алан Кларк в книге «План «Барбаросса. Крушение Третьего рейха. 1941–1945» задался целью най­ти истоки и причины поражения гитлеровской авантюры в войне против СССР. В главе «Первый кризис» Кларк скрупулезно рассматривает ситуацию, связанную с действиями танковых частей Гудериана накануне форсирования Днепра. Автор верно заметил, что переправы у Могилева и Орши удерживались силами русских, которые могли срезать танковый клин и раздавить его корень. Немецкая техника нуждалась в ремонте. Первые симп­томы крушения «блицкрига» проявились в июле 1941 года под Могилевом, Оршей, Рогачевом, Жлобином [17].

Однако катастрофическое начало войны для СССР было еще далеко от изменения ситуации в нашу пользу. Некоторые успехи Красной Армии, в т.ч. и оборона Могилева, в те трагические дни июля 1941 г. лишь частично минимизировали успехи вермахта. Вот оценка, данная современным российским историком А. Исаевым: «Могилев был окружен и, несмотря на снабжение гарнизонов по воздуху, блокирован, и впоследствии капитулировал. Немцами было заявлено о захвате в Могилеве 35 тыс. пленных. Лишь небольшой части защищавших его войск удалось вырваться из кольца и пробиться к своим. «Второй Мадрид» оказал определенное воздействие на развитие событий в Смоленском сражении, … но рассматривать его как серьезное препятствие на пути на Восток 2­й танковой группы никак нельзя», а «с немецкой т. зрения «второй Мадрид» длительное время был «костью в горле», блокировавший крупный узел дорог и задержавший выдвижение вдогонку за 2-­й ТГ пехотных дивизий» [18].

Таким образом, в современной военно-­исторической науке для углубления знаний по малоисследованной, иной раз взаимоисключающей проблеме, важную роль играет изучение и использование зарубежных источников, в том числе историко­сравнительный анализ. Есть надежда, что отечественному исследователю в дальнейшем станут шире известны как документы, так и исследования западных зарубежных источников, которые позволят глубже постигнуть малоизученные страницы военной истории. Задача историков – написать объективную историю, а отказ от тенденциозности является сегодня как никогда важным для исторического сознания народа и молодежи в контексте сохранения памяти о героических и трагических страницах Великой Отечественной войны.

Литература:

1. Абатуров В.В. 1941. На западном направлении. – М.: Яуза, Эксмо, 2007. – С. 132–135.

2. Беларускi гiстарычны часопiс, 2007. – № 7. – С. 12–17.

3. Гальдер Ф. От Буга до Сталинграда. Военный дневник. – Смоленск: Русич, 2001. – С. 99, 116, 120, 137, 143, 156, 169.

4. Ф. фон Бок. Я стоял у ворот Москвы. Военные дневники. 1941–1945. – М.: Яуза, Эксмо, 2006. – С. 93, 96–99, 103 –104.

5. Гудериан Г. Воспоминания солдата. – Смоленск: Русич, 2003. – С. 218, 219, 229, 234–235, 247.

6. Карелл П. “Барбаросса”: от Бреста до Москвы – Смоленск: Русич, 2003. – С. 112 –114.

7. Борисенко Н.С. Днепровский рубеж: трагическое лето 1941­го. – Могилев: Могилев. обл. укруп. тип., 2005. – С. 236–240, 355.

8. Советская Россия, 1990, 25 марта. – С. 4.

9. Гейер Г., Э.фон Макензен. От Буга до Кавказа. – М.: ОАО Аст., 2004. – С. 9–11, 84–90.

10. Рендулич Л. Фатальные ошибки вермахта. – М.: Яуза, Эксмо, 2006. – С. 191–193.

11. Миддельдорфф Э. Русская кампания: тактика и вооружение. – М.: Аст. Полигон, 2005. – С. 3–4.

12. НАРБ, ф. 4 п, оп. 33а, д. 27, л. 3, 5, 7, 12, 29, 38; Мягков М.Ю. Вермахт у ворот Москвы. – М.: Олма­пресс. Звездный мир, 2005. – С. 218, 220.

13. Гофман И. Сталинская война на уничтожение: планирование, осуществление, документы. – М.: Аст. Астрель, 2006. С. 264–285.

14. Война в моей жизни – судьба. – Могилев: Могилев. обл. укруп. тип., 2005. – С. 59–60.

15. Ньютон С. “Пожарник” Гитлера – фельдмаршал Модель, – М.: Аст. Хранитель, 2007. – С. 165–167.

16. Эндрюс Г. Вальтер Модель. – М.: Яуза, Эксмо, 2007. – С. 26–27.

17. Кларк А. План “Барбаросса”: крушение третьего рейха 1941–1945. – М.: Центрополиграф, 2002. – С. 84 –105.

18. Исаев А. Георгий Жуков. Последний довод Короля. – М.: Яуза, Эксмо, 2006. – С. 198, 208.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.