Вверх

Вы здесь

Александра ДЕГТЕРЕВА, ДЕТИ ВОЙНЫ. НЕ ДАЙ БОГ НАМ ЭТО ПЕРЕЖИТЬ ВНОВЬ

Александра ДЕГТЕРЕВА

ДЕТИ ВОЙНЫ. НЕ ДАЙ БОГ НАМ ЭТО ПЕРЕЖИТЬ ВНОВЬ

С каждым годом мы все больше отдаляемся от войны. Все меньше остается людей, которые прошли через ее ужасы. Могилевчанка Нина Сильвестровна Баранова – одна из них. Войну она помнит до мелочей: и как копали оборонительные рубежи вокруг города, и эвакуацию, и оккупацию…

Нина Сильвестровна прожила всю свою жизнь в Могилеве на Рабочем поселке, поэтому знает этот и прилегающие к нему районы как свои пять пальцев. По ее словам, она была лично знакома с известным писателем Константином Симоновым, автором романа «Живые и мертвые», дневников «Разные дни войны» и других произведений. Прототипами многих образов этих произведений послужили воины 388­го стрелкового полка и народные ополченцы Могилева, уничтожившие на Буйничском поле 39 танков и бронемашин врага.

Войну Нина Сильвестровна встретила 12­летней дев­чонкой. Тогда Нина с матерью и четырьмя младшими братьями и сестрами жила в бараке возле кирпичного завода № 7 (сейчас на этом месте находится грузовой автопарк № 22). Уходили в беженцы вместе с остальными жителями барака через неделю после объявления войны. Выехали на грузовой машине в сторону приго­родного Вендорожа. Но далеко уехать не успели – за железнодорожным переездом машину остановили военные в красноармейской форме и на ломаном русском приказа­ли выйти из машины. Это оказались переодетые немецкие солдаты. Они выстрелили по колесам, а шофера вывели в поле и расстреляли. Женщин и детей отправили назад. Домой, в барак, их не пустили. Семья Нины почти месяц прожила в подвале, если можно было назвать это жизнью. Как известно, двадцать три дня длилась оборона Могилева. Эти долгие, страшные дни, сравнить которые можно только с адом, и сегодня Нина Сильвестровна вспоминает с содроганием: «Ходить в полный рост было нельзя – стреляли сразу. Днем старались вообще не вылазить из подвала, ну а ночью выползали на поиски еды и воды, кое-­что перепадало и из солдатской кухни. Из­за дыма в городе нечем было дышать, приходилось ложиться лицом на землю, чтобы подышать. Город кипел огнем. Было очень страшно, казалось, конца этому не будет».

Немцы, ворвавшись в город, стали наводить свои порядки. Первым делом сожгли временный госпиталь с оставшимися там тяжелоранеными нашими солдатами (их не успели вывезти при отступлении). Находился госпиталь на перекрестке улиц Челюскинцев и Ромашко. Комендатуру гестапо разместили там, где сегодня стоит общежитие моторо-ремонтного завода (ул. Челюскинцев, д.173). В комендатуре выдавали «аусвайсы» (удостоверения личности). Началась жизнь на оккупированной территории. Семья Нины и другие семьи, оставшиеся без крова, поселились в детских яслях на ул. Франко. Там они и прожили всю войну.

Везде валялось оружие. Однажды и Нине захотелось попробовать пострелять. Подобрала она винтовку, и пока крутила­вертела ее в руках, та и выстрелила. В это время по шоссе шли немцы и услышали выстрел. На удачу Нины, рядом находился туалет, куда она забежала и утопила винтовку. Немцы походили, а так как, кроме нее, ребенка, нигде никого не было, ушли. Больше Нина оружие в руки не брала.

Есть было нечего. Хлеба и соли люди не видели три года. Питались в основном травой, побирались, рылись в мусорках. А однажды один немецкий солдат попросил, чтобы Нина наловила ему лягушек, и обменял их на хлеб. Он отварил лягушачьи лапки и съел. Подсмотрев такой нехитрый способ пропитания, стала девочка ловить лягушек для себя.

Однажды фашисты согнали множество людей на площадь Орджоникидзе, чтобы публично казнить через повешение врачей городской больницы. Вешали их за то, что они передавали лекарства партизанам.

Видела Нина своими глазами и великую для Могилева природную катастрофу 1942 года – наводнение. Весенним солнечным днем 10 апреля маленькая тихая Дубровенка как будто сошла с ума. Сначала Нина услышала страшный шум, а затем увидела стремительно несущийся прямо на нее водяной вал. Она побежала наверх по улице Воровского. Когда остановилась и обернулась, увидела, как водным потоком несло глыбы льда, дома, деревья, бревна, мебель, людей. Дубровенка снесла на своем пути два моста, баню, частные дома, павильоны и ларьки Быховского рынка. Это было страшное зрелище. Наводнение породило множество легенд. По одной из них, река отомстила за страдавших здесь несколько месяцев назад узников еврейского гетто, смыла их кровь.

Ближе к освобождению Могилева, в 1944 году, немцы свезли огромное количество жителей на территорию завода «Строммашина». По ее воспоминаниям, были там не только могилевчане, но и жители Смоленска, Вязьмы, Брянска и других городов. Каждый день с завода выезжали грузовые машины с людьми и направлялись на запад.

Сразу после войны Нина, вместо школы, пошла работать на кирпичный завод – ведь рабочим выдавали по 500 граммов хлеба. После работы ходили разбирать руины в городе.

В 1947 году внесла свою лепту в дань памяти погибшим воинам: в районе деревень Городок и Буйничи, зная места боев, помогала откапывать трупы красноармейцев. Всего тогда перезахоронили 280 наших солдат.

У Нины Сильвестровны Барановой – пятеро сыновей и пять дочерей, много внуков. Это удивительнейшая женщина. Несмотря на почтенный возраст (в этом году ей исполняется восемьдесят лет), на то, что перенесла инсульт и три года не поднималась с постели, что пережила жестокие тяготы и лишения войны, она остается жизнерадостной и энергичной. И мудро не держит на жизнь зла. Чему не мешает поучиться и нам.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.