Вверх

Вы здесь

Александра Зуборенко (Панькина)

Александра ЗуборенкоБронзовый призёр Олимпиады 1996 года в Атланте по академической гребле Александра Зуборенко (Панькина) сегодня озабочена поиском для своего сына-первоклассника хорошего тренера. В первую очередь, доброго, отзывчивого человека. Такого, каким был для неё её первый наставник – Василий Фёдорович Попов.

А В АКАДЕМИЧЕСКУЮ ГРЕБЛЮ САША ПОПАЛА ДАЛЕКО НЕ СРАЗУ

«Родилась я в Быхове, – говорит Александра Юрьевна, - выросла в военном гарнизоне, где дислоцировалось подразделение морской авиации. Как сейчас помню, 9 мая, День Победы, мы на площади в Быхове, звучит музыка, цветы, папа в белом кителе с кортиком. Очень красивый мужчина, он и сейчас ещё такой. Замечательное было время».

Я была младшим ребёнком в семье, у двух моих старших сестёр разница в возрасте – один год, а со мной – десять и одиннадцать лет. Все меня любили, восхищались моими длинными белыми волосами. Самое удивительное, я была совершенно неспортивным ребёнком. Физкультуру не любила. Тем не менее папа решил обязательно отдать меня в какую-нибудь секцию; он считал, что негоже такую акселератку ограждать от спортивных занятий.

В то время как раз к нам в школу пришёл тренер, который подыскивал девочек для прыжков в высоту, в первую очередь он обращал внимание на самых высоких. Я в то время была гораздо выше своих сверстниц. Конечно он отобрал и меня. Несмотря на то, что к спорту я не питала никакой страсти, со свойственным всем козерогам упорством всё-таки начала осваивать новое для себя ремесло в тогдашней школе-интернате спортивного профиля. Очень скучала по дому. Каждые выходные ездила в Быхов и со слезами на глазах возвращалась обратно в Могилёв. Это был 1983-год, мне тогда – 11 лет. Училась я в 21-й школе, жила в общежитии, тренировалась.

Но прыжки, – продолжает Александра Юрьевна, – не мой вид, это видел и тренер. Передали меня «по дружбе» Эдите Эдуардовне Гурской, – прекраснейшему тренеру и педагогу по толканию ядра. Два года я занималась этим видом спорта, объездила весь Союз. Опять же, сказалась моя природная настойчивость, да и неожиданно проснулся интерес к этой спортивной дисциплине.Александра Зуборенко

Но потом я получила глупую травму – в Питере после соревнований решила попрыгать на батуте, неудачно приземлилась, вывернула колено. Эдита Эдуардовна, видя, как я мучаюсь на тренировках, предложила опять сменить вид спорта, ведь в толкании ядра нужна пружинистость движений, а у меня с коленом были проблемы.

Борис Михайлович Спицарев, наш замдиректора по спорту, предложил: «Давай, Саша, попробуем тебя в гребле, у нас есть замечательный такой тренер Василий Фёдорович Попов, как ты на это смотришь?»

Я не знала толком, что такое гребля, упиралась. Но как только попала на гребную базу на Чаусской улице, всё пошло по возрастающей. Умеет Василий Фёдорович заинтересовать, зацепить. Тем более, что человек он мягкий, отзывчивый, деликатный, а я по натуре ребёнок изнеженный, даже где-то избалованный, давить на меня нельзя, а гребля – вид спорта, где надо и потерпеть. Но мне понравился коллектив, условия, существовавшая там преемственность поколений. Я чувствовала себя комфортно. Вспоминаю поездку на базу в Чечевичи, замечательная атмосфера, искренние чувства, первая влюблённость. И, естественно, тренировки. Нас было пять девчонок одного возраста, всё время существовала конкуренция. Но я, наверное, с большей серьёзностью, чем остальные, относилась к занятиям.

Однако травма колена по-прежнему давала о себе знать. Василий Фёдорович всё-таки показал меня докторам, те вынесли вердикт – надо делать операцию, иначе я не смогу полноценно тренироваться. Операцию сделали в Могилёвской горбольнице, месяц пролежала на койке, десять дней даже не вставала. И вот здесь Василий Фёдорович проявил такое внимание, – заботу, которые я буду помнить всю жизнь. Он приходил ко мне в больницу через день и всегда приносил какие-нибудь вкусности, к примеру, приготовленный в казаночке плов. А я ведь была в то время просто новичком. Помню, как он благодарил, обхаживал моих докторов. Мне этого никогда не забыть.

Потом, правда, – продолжает Александра Юрьевна, – пришли к выводу, что лучше было всё-таки обойтись без хирургического вмешательства. Вот так всю спортивную карьеру я и тренировалась, и выступала с больным суставом.

В то время мы, юниорки, ещё успели побывать на пяти-шести сборах вместе с национальной сборной Советского Союза, это был бесценный опыт. Успели стать чемпионками последней Спартакиады народов СССР. Потом уже была сборная Республики Беларусь, которую тренировал Владимир Васильевич Синельщиков.Александра Зуборенко

БРОНЗА АТЛАНТЫ

А осенью 1994 года меня неожиданно отчисляют из команды,– разводит руками Александра Юрьевна. – Я не совсем удачно выступила на чемпионате республики, тренер посчитал мою спортивную форму недостаточно высокой.

Приехала я в Могилёв и думаю: «Ну, вот и всё, отплавала! Ладно, теперь хоть отращу ногти, обрежу юбку!» Действительно, накопилась какая-то усталость. Месяца три я бездельничала, а потом как-то забрела на гребную базу. Совершенно случайно. У Попова был помощник, Павел Иосифович Масловский, вот он мне и говорит: «Как хорошо, Панькина, что ты пришла к нам, надо тебе девочек набрать, будешь их теперь тренировать, согласна?»

Но Василий Фёдорович был более прозорливым человеком, который, взглянув мне в глаза, тут же предложил другой вариант: «Давай-ка ты сама на тренировки приходи».Александра Зуборенко

Я думаю – а почему бы и нет. За это время уже успела соскучится по лодке. К тому же и похудеть не помешает. Одним словом вернулась. А уже весной 95-го поехала в Пинск на сбор, где была вся национальная сборная, в которую меня не вызывали. Я тогда плавала в одиночке. Там меня увидел Синельщиков: «Ну что, одумалась?» В то время как раз таки подбирались кандидаты в восьмёрку, а мы все тренировались в мелких судах. В Пинске, кстати, мне лодка «заехала» в спину, буквально в нескольких миллиметрах от позвоночника. Очень серьё зная гематома образовалась, я неделю с ней на койке провалялась.

Но на следующий сбор меня уже в сборную вызвали. Когда мы в 95-м ехали в Финляндию на олимпийский отбор, я уже уверенно сидела в восьмёрке. Хотя в период подготовки никто не знал – будет ли он в основном составе. В Тампере мы приехали пятыми, ура – едем в Атланту!

Почему на Олимпиаде не смогли завоевать серебро, уступив канадкам самую малость? Наверное, они всё-таки на тот момент были сильнее. В концовке мы «подсели». И весь сезон так выступали – первая половина дистанции остаётся за нами, а во второй мы сдаём позицию. Хотя это было самое удачное выступление нашей восьмёрки – и во времена суверенной Беларуси, и Советского Союза.Александра Зуборенко

СЕКЦИЯ ДЛЯ СЫНА

Завершив свою активную спортивную карьеру, Александра Зуборенко (Панькина) работала тренером-методистом по академической гребле ФСО «Спартак» в ДЮСШ по водным видам спорта, а с 1 сентября 2005 года она – главный специалист отдела физической культуры спорта и туризма Могилёвского горисполкома.

Со своим супругом Игорем Зуборенко (участником финального заезда двойки без рулевого на Олимпиаде в Сеуле) она познакомилась, конечно же, на сборах, за полгода до бронзового старта в Атланте. Их сын-первоклассник, с которого мы начали повествование, будет ходить в одну из спортивных секций. Правда, футболистом, как утверждает моя собеседница, не будет.

«Есть виды спорта, – улыбается его мама, – к которым я не питаю особой симпатии. Нет, мы с мужем смотрим матчи чемпионатов мира, Европы, болели за «БАТЭ», но всё-таки хочется, чтобы сын избрал другую специализацию. Жалко, конечно, что Василий Фёдорович Попов не тренирует мальчиков».Александра Зуборенко

 

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.