Вверх

Вы здесь

Анатолий БУРДО СУДЬБА КОМБРИГА В. ГИЛЬ-­РОДИОНОВА

Анатолий БУРДО

СУДЬБА КОМБРИГА В. ГИЛЬ-­РОДИОНОВА

Партизанский комбриг В.В. Гиль-­Родионов… Впервые я услышал о нем из уст моей матери Александры Михайловны. Владимир Владимирович Гиль родился в 1906 году в д. Дороганово Осиповичского района. Родной брат мамы, мой дядя Пацкевич Николай Михайлович, до войны работал начальником отдела заготовок Осиповичского райисполкома. В детстве и юности Володя и Николай часто встречались, были дружны…

Война черной полосой прошла по всем белорусским семьям. Дядя был оставлен для подпольной работы в Осиповичах, а отец мой был командиром взвода подрывников в отряде Сытько партизанской бригады Брагина. Предатель выдал нашу семью. Николая схватило гестапо и расстреляло. Места его гибели и захоронения мы до сих пор так и не знаем. А мою бабушку Кристину немцы поставили к стенке сарая и приготовились к расстрелу (мама успела спрятаться в погребе). Буквально чудо спасло их от гибели. Неожиданно подъехал немецкий офицер и запретил расстреливать старуху с двумя маленькими детьми.

Жена В.В. Гиля к началу войны осталась одна с двумя маленькими детьми – Вадимом и Галиной. Гиль к тому времени уже успел окончить Военную академию им. Фрунзе и в звании подполковника был назначен начальником штаба 229­й стрелковой дивизии.

В первые дни войны его дивизия была окружена под Толочином, а сам Гиль был ранен и попал в плен. Вместе с другими солдатами и офицерами он был брошен в лагерь для военнопленных в польском городе Сувалки. Условия содержания в лагере были жесточайшими. От голода, холода, болезней ежедневно умирали люди.

Немцы неоднократно предлагали военнопленным перейти на службу к ним. Добровольцев не находилось. Вербовкой занимался штандартенфюрер (полковник) Гофман – один из руководителей германской разведгруппы «Цеппелин», входившей в отдел Е­5 центрального управления СС. Естественно, в поле зрения Гофмана попал и Владимир Гиль – молодой подполковник, имеющий академическое образование и опыт командно­штабной работы.

Выбор был небольшой: состояние военнопленных дошло до критической черты – выжить или умереть. Посоветовавшись с верными друзьями из числа офицеров, В. В. Гиль решил принять предложение немецкого командования и создать из числа военнопленных добровольное воинское формирование, которое должно было действовать на стороне немцев. Отбор людей вел сам Гиль и его доверенные лица, остальных насильно мобилизовали немцы. В результате была сформирована так называемая «дружина» – 1­я Русская национальная бригада из двух полков, которая впоследствии насчитывала около 3000 солдат и офицеров. Командир бригады Гиль принял псевдоним – Родионов, по имени деда по линии матери.

Формирование проводилось в Люблине и Парчеве, а осенью 1942 года бригада была переброшена в район Быхова. Вначале она привлекалась для охраны железной дороги, а затем – в карательных операциях против партизан в районе Осипович, Старобина и Бегомля. Немецкое командование строго следило за настроениями в бригаде, держало под контролем каждый шаг. В дружине была специальная служба СС, которую возглавлял оберштурмбанфюрер Аппель. Взаимодействием с немецкими частями занимался штаб, состоящий из 10­12 военнослужащих СС.

Личный состав дружины был одет в чешскую форму, знаки отличия аналогичны СС, однако погоны были собственного образца. На обшлагах мундиров офицеров имелась трехцветная лента с надписью «За Русь!».

С самого начала в дружине было установлено суровое правило: никакого своеволия по отношению к мирному населению. Известно, что бойцы Родионова в расправах с населением не участвовали, а с партизанами старались в стычки не вступать. В апреле 1943 года, когда бригада располагалась в районе д. Лужки Шарковщинского района, прибыли представители от генерала Власова с целью агитации родионовцев в Русскую освободительную армию (РОА). Но никто из бригады не дал согласия.

Дружину переводят на новое место дислокации – в Докшицы. Здесь Родионов активно ищет контакт с партизанами. В июле 1943 года ему удалось наладить связь с руководителем партизанской бригады «Железняк», а 16 августа в д. Будиловка Бегомльского района прибывает делегация от дружины во главе с Гиль­Родионовым. После обсуждения условий перехода на сторону партизан Гиль­Родионов перед строем зачитал приказ о переформировании дружины в 1­ю Антифашистскую партизанскую бригаду. Необходимо отметить, что большинство солдат и офицеров бригады, несмотря на свое пребывание в плену, а затем в добровольческом формировании, сохранило свою верность Отечеству, а наиболее ярые приверженцы немецкого режима были расстреляны или отправлены на Большую землю (в том числе начальник разведки бригады генерал­майор Богданов, который уже после войны был казнен). Мы проследили его дальнейший путь по материалам ЦАМО РФ. На следующий день после перехода партизаны­родионовцы разгромили вражеские гарнизоны в Докшицах и Крулевщизне. В результате перехода бригады на сторону партизан и первых успешных боевых действий В. В. Гиль­Родионову было присвоено звание полковника, и он был награжден орденом Красной Звезды.

Родионовцы наносили довольно ощутимые удары по врагу. Лишний раз это доказали операции в Зембине, Вилейке, «рельсовая война»…

К весне 1944 года 1­я Антифашистская бригада была перемещена в Полоцко-­Лепельскую партизанскую зону и разместилась на территории Ушачского района. Здесь было расположено 16 партизанских бригад общей численностью более 17 000 человек. Это представляло большую угрозу тылам противника Витебской группировки фронта. Поэтому немецкое командование в начале апреля бросило против партизан регулярные части. К 27 апреля кольцо окружения партизанских отрядов сжалось до предела. Партизаны оказались зажатыми на пятачке размером 5 км на 5 км в районе д. Плино. Было принято решение прорвать блокаду. Комбриг Гиль­-Родионов 5 мая повел бригаду через Матыринский лес. Ценой огромных потерь блокада была прорвана. На поле боя остались лежать 1026 родионовцев. Партизаны вышли в район д. Заборовка, где Гиль­-Родионов был ранен. Его вынес с поля боя ординарец Сергей Дорошенко, а затем с помощью лошадей и носилок раненого комбрига доставили в Голубинский лес (район хутора Накол Глубокского района). 14 мая 1944 года В. Гиль­-Родионов умер от ран и голода. Он был похоронен вместе с семью партизанами своей бригады.

Осенью 1990 года ко мне обратился ветеран 1­й Антифашистской бригады Григорий Семенович Марков и рассказал всю историю, связанную с Гиль-­Родионовым, моим земляком, о котором мне рассказывала мама. Огромная поисковая работа, проделанная Григорием Семеновичем, помогла не только найти место захоронения комбрига, но и увековечить на плитах мемориального комплекса «Прорыв» имена более 200 родионовцев.

Все началось с Национального архива Республики Беларусь, где Марков нашел журнал боевых действий бригады, который тщательно вел начальник штаба бригады Борис Михайлович Пономаренко. Именно на страницах этого журнала была обнаружена запись о том, что комбриг был похоронен в районе хутора Накол в квадрате 02 – 70Б. Где искать хутор Накол? Разыскав карту с точной координатной сеткой, удалось установить, что это место находится в районе д. Чистое Глубокского района. Опрос жителей деревни помог найти лесника Жолнеровича Ивана Владимировича, который знал местоположение хутора, а жительница д. Голубичи Отвалко Надежда Константиновна указала точное место расположения могилы Гиль­Родионова.

В августе 1991 года члены военно­патриотического клуба «Поиск» вместе с поисковыми друзьями из клуба «Рубеж» (г. Запорожье) Сергеем Вавиловым и Сергеем Антоновым совершили экспедицию в Глубокский район. После долгих сомнений, расспросов, уточнений, проведения инструментальной разведки на местности была найдена могила Гиль­Родионова в районе хутора Накол, в трех метрах восточнее старой березы. Были также найдены останки еще семи партизан. Фамилии двух из них установлены – Понкратов и Мишута.

Торжественное перезахоронение состоялось в центре Ушач на братском мемориальном кладбище в сентябре 1991 года. На траурную церемонию прибыли дети комбрига: дочь Галина  Владимировна Щербина, кандидат физико­математических наук из Харькова, и сын Вадим Владимирович Гиль, кандидат тех­нических наук из Минска. Среди присутствующих были партизаны, однополчане Гиль-Родионова, поисковики, которые участвовали в поисках и подъеме останков погибших, местные жители и гости.

Через 40 с лишним лет справедливость восторжествовала. Отданы последние почести тем, кто ценой своей собственной жизни искупил вину перед Родиной.

Но осталось очень много вопросов, на которые без очевидцев, свидетелей и подлинных документов ответить практически невозможно. Дело в том, что в послевоенные годы появилось очень много публикаций о Гиль­-Родионове и его бригаде. В некоторых из них факты и сведения неточные, а чаще – просто надуманные и ложные. В архиве нашего клуба «Поиск» 8 различных источников, но мы склонны верить до конца Григорию Семеновичу Маркову. Вот опровержение некоторых из легенд, которые он категорически отвергает:

1. В.В. Гиль-­Родионов не учился в спецшколе СД в Берлине.

2. Немецкое командование не присваивало Гиль-­Родионову звания полковника.

3. Гиль­-Родионов не награждался двумя железными крестами.

4. По национальности Гиль­-Родионов чистокровный белорус, а не еврей, как некоторые были склонны думать (Л. А. Самутин. «Я был власовцем»).

5. В дружине не было знамени черного цвета с изображением золотой «Адамовой головы».

6. В. В. Гиль­-Родионов не встречался с Вальтером Шелленбергом или еще с кем­либо из немецкого верховного командования. 7. В составе бригады не было Героя Советского Союза лейтенанта Сироткина, и 28 мая 1943 года его никто не расстреливал по приказу комбрига.

8. 18 апреля 1943 года не было расстрела 13 человек за слушание московского радио, потому как радиоприемники были только у Гиля­-Родионова и Маркова, и остальных к ним не подпускали.

Список опровержений можно было бы продолжить, слишком уж благодатной оказалась почва для возникновения различных инсинуаций и вымыслов. В назидание тем, кто использует в своих статьях непроверенные сведения и факты: осторожно – можно зайти слишком далеко!

Гиль-­Родионов оказался перед сложным выбором, но он избрал единственно верный и правильный путь. Склоним головы перед светлой памятью комбрига и его однополчан и будем всегда помнить об их мужестве и нелегкой судьбе.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.