Вверх

Вы здесь

ДВА МЕТРА СЧАСТЬЯ

Вот вы можете с ходу назвать вечный и очевидный признак состоятельности человека в наших широтах? Большие деньги? — Не смешите! Во-первых, большие деньги не любят света (то есть, очевидности). Во-вторых, я напомню вам про Александра Ивановича Корейко. У него дензнаков было тьма, но любоваться ими гр-н Корейко мог 5 минут в вокзальном сортире, достав облезлый чемодан из камеры хранения. А в остальное время подпольный миллионер ходил в парусиновых штанах и пил кефир, как миллионы совслужащих.

В-третьих, свою банковскую карточку или выписку из счета нынче каждому под нос совать не станешь.

Машина? Ха! Во-первых, у князей (небедных) даже мотоцикла не было. Во-вторых, в СССР и «Запорожец» слыл машиной. В-третьих, сегодня кому не лень рассекает на иномарке, а приглядись — «богач» в долгах, как в шелках, а его авто уж семь лет как место на свалке.

Прикид? А черт его знает, почем эти штаны или этот галстук на встречном невзрачном мужике? За 20 баксов или за 5000?
Нет, други мои, с приснопамятных времен наглядным и вечным признаком обеспеченности был и остается забор. Лучше так — ЗАБОР! Хоть частокол вокруг княжеского терема эпохи Всеслава Чародея; хоть глухая мурованная стена, охранявшая замок феодала; хоть 3-метровая кирпичная стена, надежно укрывающая коттедж в Дачном поселке под Могилевом. Вот он, символ благодати, явленный «весомо, грубо, зримо». Пред такой оградой и случайный путник оробеет, и власть почтительный книксен сделает. Если раньше, к примеру, в садовых товариществах забор на участке не мог быть выше 1,2 метра, то с февраля Совмин узаконил и 2-метровые ограды. И то верно, метр двадцать — это ж разве забор?! Тьфу — курица перелетит!

К тому ж заборный эквивалент богатства не токмо высотой меряется. Советский дачник безмерно рад был жалким штакетником «сотки» обнести, мечтая о загоне из сетки-«рябицы». Ну, солидный партократ мог себе позволить ограду из сварных железных пик… А нынче — посмотри в окно! Вот — особняк, опоясанный величественной оградой из облицовочного кирпича (ценой с такой же особняк!) Для «красоты» по верху — элегантная «колючка»… Вот — непоколебимый железобетон, китчево украшенный по углам легкомысленными гипсовыми розочками или львиными мордами… Китайская стена от зависти сдохнет! Вот — элегантная металлическая ковка или строгий металлопрофиль… Короче, растущие ввысь заборы — это не просто демонстрация растущего же благосостояния сограждан, но и весомый кукиш всем внешним супостатам: нас без гаубицы не возьмешь! От внутренних недругов, по правде, любые стены мало спасают — от серьезного вора или, не дай бог, киллера. Есть даже «закон преодоления забора»: «Желание перелезть забор прямо пропорционально высоте забора». Спрятаться от прокурора? Тот, как метко заметил Андрей Макаревич, отберет «вместе со стенами»…
Глядя на заборное великолепие частника, не утерпело, похоже, и государство. Расцвет казенного заборостроения пришелся на начало века. Катишь по трассе, а слева-справа и неказистые деревеньки, и ладные агрогородки подмигивают из-за одинаковых, как с конвейера, бетонных панелей. Сто метров едешь, двести, километры, а вдоль дороги — сплошь бетон с виньетками. Как прикинешь, что один пролет такой ограды (1,5 м высоты на 2 м ширины) тянет на 100 с гаком тысяч, плюс «четвертак» — установка, то километр такого заборчика обойдется… Нет, не буду считать — сердце слабое… Хуже другое: бардак за «казенными» заборами у дрянного хозяина остался прежний — и бурьян в огороде, и хлам во дворе. Да с дороги, из окна авто, разве это усмотришь?

Забор — наше достояние, часть нашей психологии и менталитета. «Железный занавес» рухнул, Берлинская стена накрылась, а наши заборы — растут! В Америке или, скажем, у немцев (сам видел!) вокруг загородного дома — ни досточки, ни штакетины, все нараспашку, кустарник вместо изгороди. Тут тебе и эстетика, и образ жизни. Бауэр показывает соседям: мне нечего скрывать! А мы, веками кичившиеся то «общинностью», то коллективизмом, чуть нам вожжи отпустили — зашились, укрылись от внешнего, назойливого, не шибко ласкового, мира за стенами-оградами, в меру своих вкуса и достатка. Забыв простую вещь: никакой забор от собственных комплексов не спасает. И дивимся: чегой-то соседу-дачнику за плебейской «рябицей» душевнее и веселее жить, чем мне — за высоченными «кирпичами»?!

Мартин Лютер Кинг мечтал, чтоб люди были равными независимо от цвета кожи. Константин Циолковский мечтал, чтоб человечество полетело к другим планетам. А мой знакомый старик-журналист мечтал о домике за высоким забором — «чтоб летом по траве ходить в трусах, не стесняясь». Увы, так и помер в панельной пятиэтажке. Не дожил до заборной благодати.

Александр ТОРПАЧЕВ.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.