Вверх

Вы здесь

ПОСРАМЛЕНИЕ ЖЛОБА

Погоду, как известно, испортили ракеты, землю — дуст, а нас — научно-технический прогресс. Чем круче техника, тем почему-то дальше человек от человека. Хотя должно бы наоборот: при наших-то машинах, компьютерах, мобильниках сто верст до отца — не расстояние, сестра на краю света — не проблема. Открыл Skype — и узнал, как у сестры со здоровьем. Но — некогда. Пожирая технологиями пространство, мы бездарно транжирим время, почти не оставляя его на сопереживание, сочувствие, соучастие...

Это я так раньше думал. Теперь меньше ворчу на Интернет и на юнцов, зависающих в нем. И больше зауважал этот молодняк.

Ну чем было прежде для большинства из нас слово «солидарность»? Чем-то из цепочки «Первомай — пролетарии, соединяйтесь — демонстрация под бдительным оком парткома». Нет, многие искренне жалели бастующих британских шахтеров и узницу Анджелу Дэвис. Но мы знали: когда начинать им публично сопереживать — нам непременно подскажут вышестоящие товарищи. Ну, там по рублю скинуться в фонд поддержки или петицию подписать. Этакая санкционированная и четко организованная солидарность. Лично сопереживать Анджеле не возбранялось, но — дома, хлопнув рюмку за ее здоровье. У казенной солидарности — свои плюсы (массовость и порядок), но есть и грехи — вспомните, как начинали разбегаться студенты с первомайских митингов чуть не сразу после их открытия. У престарелых партвождей крепчал маразм, у молодежи — пофигизм...

После развала Союза мы почти выкинули солидарность на «свалку тоталитаризма» — вместе с транспарантами про пролетариев всех стран. Над толпами в хаосе выживания воссиял жлобский лозунг: «Каждый сам за себя». Иногда по телеку дикторы рассказывали нам, что в Париже десятки тысяч людей (спонтанно, без парткома, без обязаловки) собирались через Интернет на митинги — защищать: то — брошенных собак, то — китов, то — украденного палестинцами израильского рядового. И у дикторов в голосе сквозило легкое недоумение, и мы пальцем у виска крутили: с жиру буржуи бесятся.

Когда Интернет и социальные сети («Одноклассники», Facebook, «ВКонтакте») хлынули и в наши квартиры, мы вдруг открыли: мать честная, там, оказывается, можно не только впустую калякать! Там можно получить дельный совет (как наскоро испечь пирог, где скачать нашумевший фильм, насколько хорош рекламируемый гель, чем вылечить кошку?..), найти единомышленника, обсудить наболевшее. Там лавиной плодились группы и сообщества — кулинаров, ветеринаров, выпускников Пупкинской восьмилетки, потребителей пива, поклонников Мадонны... Плодились без парткомов, без ведома спецслужб — самостийно, страшно сказать — несанкционированно!!!

Сперва сговаривались устроить прикольные флешмобы — то пятиминутку массовых поцелуев на площади, то веселую стрельбу по прохожим из водяных пистолетиков. Но дальше — больше! В России сети родили «Общество синих ведерок» (для борьбы с чиновничьими мигалками на дорогах). А в Египте скромный менеджер через Facebook целый бунт сварганил! Без ленинской «Искры», а вместо булыжника (орудия пролетариата) — ноутбук и быстрый Интернет! У людей, уставших от апатии, вдруг возникла потребность в самоорганизации, в солидарности — не казенной, а выстраданной!

Госструктуры во всем мире насупились и насторожились, но ничего поделать не могли: в социальных тенетах увязли сотни миллионов землян! Из политиков, пожалуй, первым оценил потенциал этого ресурса Барак Обама — президентские выборы он, по сути, выиграл, через сети... А выиграв, решил приструнить: в США разрабатывают дорогущую программу, чтобы через «подсадных уток» манипулировать юзерами Facebook и Twitter в интересах Америки. Из простой «болталки» социальные сети превратились в мощного коммуникатора, объединителя общества — по взглядам, интересам, настроениям, пристрастиям. И считаться с этим придется все больше. Когда я видел, как десятки минчан, сорганизовавшись через соцсети, зажигали свечи в поддержку японцев, пострадавших от цунами и землетрясения; как в Могилеве подростки тем же макаром (сами, без указивок сверху) выходили на Советскую площадь и к знаку «нулевого километра» почтить память погибших в теракте в минском метро, я почувствовал, что лозунг жлобов «Каждый сам за себя!» — не навсегда. Что солидарность, если ее не оказенивать, — хорошее и понятное молодежи слово. Что «несанкционированное» сочувствие — ценнее, потому как — искреннее. Что путь от прикольного флешмоба к гражданской позиции — не такой и длинный.

Познавшим кайф самоорганизации в социальных сетях бесполезно рявкать и цыкать. Технологии Интернет-цивилизации неизбежно требуют и новых технологий управления. Где уважение личности, достоинства, взаимное доверие — эффективнее зычной команды и убогого жлобства.

Александр ТОРПАЧЕВ.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.