Вверх

Вы здесь

Владимир ЗАРЕМСКИЙ, РАЗМИНЕРЫ: ВОЙНА ПОСЛЕ ПОБЕДЫ

Владимир ЗАРЕМСКИЙ

РАЗМИНЕРЫ: ВОЙНА ПОСЛЕ ПОБЕДЫ

С освобождением территории Могилевской области от немецко-фашистских захватчиков война для могилевчан не закончилась. Еще долго напоминала она о себе разрушениями, различными тяготами и последствиями. Среди них одним из самых грозных была засоренность территории области различными видами взрывоопасных предметов. Это были сотни минных полей, оставленных немецкими и советскими воинами, неразорвавшиеся и брошенные на поле боя боеприпасы и взрывчатые вещества, специально подготовленные мины-сюрпризы. Применяли гитлеровцы и специальное минирование объектов на территории области. Для этой цели немецким командованием были созданы специальные воинские части. В городе Могилеве, например, работы по подрыву и минированию объектов проводили немецкие солдаты 3-й роты 20 го технического батальона. Некоторым из них, в том числе и командиру роты, не удалось уйти от возмездия: они попали в плен и в 1945 г. военным трибуналом Минского военного округа были приговорены к высшей мере наказания [3, д. 47, л.103--104]. Результатом такой «работы» явилось то, что «около 75% территории области представляли опасную зону свободного производства работ на колхозных полях, … на каждом шагу можно было встретить смерть» [2, д. 11, л.1].

О том, что гибель людей от подрыва была реальной, свидетельствуют многочисленные случаи. В Могилевской области в 1944 г. подорвалось 258 человек мирного населения (49 погибло), в 1945 г. - жертв было 490 (погибло 139) [2, д. 11, л. 2 3]. В Бобруйской области только за первое полугодие 1945 г. погибло 42 и ранено 78 человек [12, д. 19, л.17]. Жертв в 1944 г. было больше потому, что в этом году практически отсутствовал учет таких случаев [12. д. 19, л.4]. Лишь в 1945 г. милиция стала фиксировать все факты подрыва. Жертв было больше и потому, что качество работ по разминированию в 1944 г. было низким, но на полях, переданных колхозам и совхозам, были начаты весенние работы. Это подтверждается и тем, что наибольшее число несчастных случаев пришлось на апрель, май и июнь месяцы на полях, которые были сданы инженерными частями Красной Армии местным властям после разминирования. Самой тяжелой ситуация была в Горецком районе, где за 1945 г. убито 100 и ранено 100 человек. Этим объясняются жесткие требования со стороны ми-лиции к людям, нарушающим правила обращения со взрывоопасными предметами. В Чаусском районе за тот же год убито 11 и ранено 44 человека [2, д. 11, л. 2-3]. В Дрибинском районе до начала работ по разминированию убито 30 и ранено 12 человек, в основном детей [2, д. 16, л. 24]. В Круглянском районе в течение с 1 января по 25 июня 1945 г. подорвалось 79 человек: 20 погибло и 59 ранено [2, д. 21, л. 65]. Правда, это не самые ужасные случаи по Беларуси. Например, в апреле 1945 г. в Октябрьском районе Бобруйской области десять женщин в плужной упряжке (т.е. пахали на себе, не было лошадей - З.В.К.) наступили на противопехотную мину и подорвались. Пятеро были убиты и пятеро потеряли ноги [12, д. 19, л. 17]. Всего учтено за 1944 -1945 гг. по Могилевской области 748 пострадавших, из них 188 погибли, остальные получили ранения различной степени тяжести [2, д. 11, л.5].

Несчастные случаи происходили и позднее, вплоть до начала 1950-х годов. Среди пострадавших много детей, которые подбирали взрывчатые вещества или пытались разбирать их [2, д. 17, л. 24; д. 15 л. 12; д. 14, л.2; 3, д. 29, л. 161]. Грешили этим и взрослые. Многие люди не обращали внимание на находящиеся рядом с домашними постройками взрывоопасные предметы, и рано или поздно это приводило к подрыву людей. В Горецком районе милиция привлекала к уголовной ответственности таких людей [2, д. 35, л.4 и 6].

Особо стоит отметить факты подрыва людей и техники при про-ведении полевых работ. Жизнь настоятельно требовала скорейшего восстановления довоенного уровня сельскохозяйственного производства, сами люди стремились быстрее устранить последствия войны, и они работали не покладая рук. Нельзя сказать, что выезд на полевые работы не пугал крестьян [12, д. 45, л. 35], но работа ждать не могла. Их работа была сродни фронтовому подвигу. Поэтому стоит упомянуть несчастные случаи как дань уважения подлинному подвигу наших крестьян. 22 апреля 1944 г. в Костюковичском районе при перегоне по дороге на противотанковой мине подорвался трактор. Тракторист-ка погибла, двое пассажиров ранены [3, д. 29, л. 161]. 22 апреля 1947 г. в 5 часов утра при вспашке залежей в колхозе «1 Мая» Быховского района подорвался трактор Лудчицкой МТС. Люди остались живы. 19 июня 1947 г. в колхозе им. Дзержинского Быховского района подорвался трактор той же Лудчицкой МТС. Детали машины разлетелись на 50 метров. Трактористы получили тяжелые ранения. 25 августа 1947 г. при вторичной вспашке земли в колхозе «Новае жыццё» того же района на противотанковой мине подорвался трактор Ленинской МТС. Трактористы погибли. Многочисленными были случаи подрыва лошадей. Если учесть тот факт, что в первые послевоенные годы лошадь была главной тягловой силой на селе, то потеря каждой из них была весьма ощутимой для крестьян. Подрывались и коровы [2, д. 24, л.9; д. 46, л. 5-12]. Были и другие, не менее трагические случаи. 19 сентября 1947 г. при переучете делянок в Дунайковском лесничестве в первый же день после сдачи участка леса военными минерами подорвался лесничий [2, д. 46, лл. 2, 14, 16 и 18]. В том же году при работе на телеграфной линии на столбе подорвался линейный мастер: столб был заминирован [1, д. 13, л.64].

Такая сложная ситуация была по всей республике. Только за первые шесть месяцев 1946 г. в БССР произошло 62 случая подрыва. Шесть человек погибли и 61 - ранен. Приведено в негодное состояние 40 автомашин и четыре трактора. Могилевская область в этом плане была еще не самой худшей: больше всего проблем было в Полесской и Витебской областях [2, д. 30, л.7].

Заминированная территория выступала и как средство психологической войны. Долгое время жители области не решались проводить различные виды работ на разминированной земле. Об-ластное руководство с пониманием относилось к подобным фактам и стремилось разъяснительными мерами переубедить людей. Например, в 1946 г. были две заявки на работу разминеров в Круглянском и Горецком районах. Согласно первой, в Тетеринском сельсовете осталась не разминированной нефтебаза с прилегающей территорией (всего 180 га). Местные руководители не верили объяснениям о том, что командами Осоавиахима в 1944-1945 гг. работы по очистке были проведены добросовестно. «Тогда в ап-реле 1946 года команда Осоавиахима еще раз перепроверила эту территорию, и чтоб убедить председателя сельсовета и директора нефтебазы, минеры взяли подводу с бочками горючего, проехали по всей этой территории и залили в цистерну бензин. Только тогда председатель сельсовета и директор нефтебазы убедились, что на этой территории и в цистернах ничего нет». В дер. Тригубово Ленинского сельсовета Горецкого района территория была проверена в 1945 году, «но не верили этой проверке». Тогда начальник команды Осоавиахима Васьковский «сел на трактор, объехал три - четыре прогона». Жители «убедились, что ничего нет, после чего приступили к засеву этой территории, до этого эту территорию не сеяли» [2, д. 35, л. 2 -3].

Организация работ по разминированию Могилевской области началась в начале 1944 года. Первоначально считалось, что военными инженерно-саперными частями будет выполнен весь объем работ. Но действительность опровергла эти слишком оптимистические прогнозы. Боевые действия на территории области носили долговременный характер. Осенью 1943 г. были освобождены полностью или частично Горецкий, Дрибинский, Мстилавльский, Кричевский, Костюковичский, Климовичский, Чериковский и Краснопольский районы. Зимой 1943/1944 гг. - Пропойский и Бы-ховский. Линия фронта делила область на две части и проходила через территорию Горецкого, Дрибинского, Чаусского районов в течение девяти месяцев, а на территории Быховского и Пропойского районов - четыре. Возник т.н. «рубеж», наиболее насыщенный различными минами, боеприпасами и прочими взрывчатыми веществами. С немецкой стороны рубеж представлял долговременную, заблаговременно созданную оборонительную линию «Пантера». С разминированием рубежа и будут самые большие проблемы. В Бобруйской области был свой рубеж - на территории Кировского, Паричского и Октябрьского районов, и территория «Бобруйского котла». В документах чаще всего его именовали «июльским рубежом» [12, д. 7, л. 16 об]. Долговременные боевые действия привели к тому, что территория неоднократно «загрязнялась» взрывчатыми веществами. Так, после бомбардировки Кричевского железнодорожного узла в ночь с 5 на 6 июля 1944 г. на его территории осталась 21 неразорвавшаяся авиабомба [4, д. 25, л. 157]. В городах, прежде всего в Могилеве (например, при разборке завалин кирпичного завода №7 и авторемонтного завода) и Бобруйске, разминированию мешали многочисленные развалины. По мере их разборки неоднократно находили боеприпасы, и приходилось вновь и вновь направлять разминеров на одни и те же объекты [2, д. 1, л. 32; д. 35, л. 4; 12, д. 50, л. 3 и др.].

Такая ситуация не радовала местные власти. В восточных районах области военными территория была очищена достаточно хорошо - было восемь месяцев для их работы, и их не отвлекали от работы: фронт «стоял»; бои по освобождению территории были скоротечными (от одного до семи дней), что не позволяло создать серьезные минные заграждения; не было заранее построенных фашистами оборонительных рубежей. Однако местным властям не всегда можно было привлечь военных к данной работе, а с их уходом, т.е. после освобождения территории Могилевщины, проблема обострилась бы. Такая проблема стояла не только перед могилевчанами, но и перед руководителями и жителями всех освобожденных территорий. В этой ситуации ГКО принял Постановление за № 5216 от 19 февраля 1944 г. «О привлечении организаций Осоавиахима к работам по разминированию и сбору трофейного и отечественного имущества в районах, освобожденных от немецкой оккупации». Это Постановление вскоре было дополнено еще одним - № 6564 «О дополнительных мероприятиях по привлечению организаций Осоавиахима к работе по разминированию и сбору трофейного и отечественного вооружения, боеприпасов и имущества в районах, освобожденных от немецких оккупантов» [2, д. 1]. 9 марта 1944 г. СНК БССР принял свое Постановление с таким же названием, в котором вся работа по данному вопросу была возложена на Центральный Совет Осоавиахима БССР [3, д. 17, л. 93-94].

Предписывалось в освобожденных районах создавать команды разминеров по 50 - 100 человек в каждой из лиц не моложе 15 лет обоего пола. На областных курсах Осоавиахима готовились инструкторы из расчета 2 - 4 на район по 30-дневной программе с отрывом от производства. При областных советах Осоавиахима создавались, в качестве временного мероприятия, отделения из одного человека. Их кандидатуры утверждали в ЦК КПБ(б). На Центральный Совет Осоавиахима возлагалась обязанность по обеспечению команд по разминированию и обезвреживанию минных полей необходимым инвентарем, а также наставлениями, литературой и учебно-наглядными пособиями. Планировалось, что предприятия местной промышленности изготовят необходимое количество щупов и кошек. Разминерам полагалось питание и заработная плата из местного бюджета [3, д. 17, л. 92 - 93]. По решению ГКО в 1944 г. в каждую область направлялись армейский офицер-минер и пиротехник [2, д. 1, л. 6 и 10].

Непосредственно за работу команд разминеров отвечали председатель областного совета Осоавиахима и офицер-инструктор, руководил - военный отдел областного комитета партии. Председателями облсоветов Осоавиахима были: Мирер И.Т. (Могилев) и Соколов А.Б. (Бобруйск). Офицером-минером в Могилевскую область был направлен капитан А.Д. Кучин, в Бобруйскую - Стельмах Н.М. [12, д. 7, л.67].

Мирер Израиль Тиллевич (Геольевич) родился 1 сентября 1902 г. в г. Могилеве в семье рабочего. Учился в Могилевском зооветтехникуме (ушел с четвертого курса в 1933 г.). Окончил трех-месячные курсы пропагандистов в г. Могилеве в 1936 г. В 1930 - 1937 гг. работал в могилевской организации Осоавиахима. С 23 февраля 1941 г. - начальник организационно-инструкторского отдела Осоавиахима г. Могилева. После освобождения города в 1944 г. - председатель областного совета Осоавиахима. Участник Великой Отечественной войны. Капитан запаса [2, д. 35, л.68; 5, д. 2278].

Соколов Анатолий Борисович родился в 1914 г., украинец. Старший военфельдшер, политрук запаса, образование 9 классов. Участник Великой Отечественной войны. С 1943 по 1944 гг. - партизан [12, д. 2, л.45].

Кучин Анатолий Дмитриевич родился в 1907 г., русский. Образование низшее. До войны служил на пограничных катерах войск НКВД в г. Мезень. Участник Великой Отечественной войны. В сентябре 1942 г. в боях под Сталинградом тяжело ранен. В бес-сознательном состоянии со всем госпиталем попал в плен. Бежал из плена и до освобождения в декабре 1942 г. скрывался на оккупированной территории. Вторично ранен в сентябре 1944 г. и по излечении в эвакогоспитале № 1419 решением ЦС Осоавиахима СССР направлен на работу старшим командиром инструктором по разминированию при Могилевском областном совете Осоавиахима. В должности работал до осени 1947 г., затем работал кадровиком на кроватном заводе и в Учдорстрое-5 станции Могилев. За разминирование области награжден орденом Красной Звезды [3, д. 74, л. 350; 3, оп. 32, д. 19, л. 417 - 418; 8, д. 959; 9, д. 4, л. 297 - 298].

На учебу отводилось: 70 часов для бойцов и 300 часов для инструкторов. Бойцы готовились в райцентрах, инструкторы - в Могилеве. «Для их подготовки были привлечены офицеры Облсовета Осоавиахима, Райвоенкоматов и инженерных частей Красной Армии, находящихся на территории Могилевской области» [2, д. 11, л.1]. В Бобруйской области, а в связи с тем, что она была создана только в сентябре 1944 г. и создание местных организаций Осоавиахима в ней проходило трудно и долго, обучение проводили инструкторы, присланные из Белорусского военного округа «в количестве 14 человек сержантского состава и 2 офицера» [12, д. 2, л. 31].

Команды создавались «на добровольных началах из числа рабочих, служащих, колхозников и учащихся, преимущественно членов Осоавиахима, обоего пола в возрасте не моложе 15 лет» [3, д. 17, л. 92]. Обращает внимание на себя очень юный возраст раз-минеров. Это было связано с тем, что мужчины призывного возраста нужны были действующей армии. «Сделано это сознательно, - писал в отчете руководитель Бобруйского облсовета Осоавиахима Соколов, - т.к. иного выхода не было» [12, д. 2, л.32]. Вот и пошли на минные поля мальчишки, заменившие отцов и старших братьев не только у станков и плугов, но и в таком несвоевременном для них деле. В этом тоже проявилась горькая правда войны. Девушек брали в разминеры только в 1944 г., особенно много их в числе разминеров Дрибинского района. С 1945 г. их в списках не видно: мужчины отстранили их от этого дела. Может быть и потому, что в списках потерь первой стоит Марченко София Семеновна, боец Чериковской команды, подорвавшаяся 4 июля 1944 г. [2, д. 39, л.11]. Только в Шкловском районе разминеры были подготовлены из мужчин, родившихся в 1890 - 1900 гг., что дало хороший результат: ни одного ЧП при разминировании в районе не было и работы проведены качественно и быстро [2, д. 29, л.1 и 4]. Юный возраст разминеров поставил перед областными властями еще одну проблему. Достигнув призывного возраста, подготовленные специалисты уходили на действительную службу, и подготовку разминеров приходилось начинать заново. На 1944 г. было подготовлено 1403 бойца и 101 инструктор, но уже на 1945 г., по выше указанной причине, необходимо было подготовить дополнительно 708 бойцов и 53 инструктора, для сохранения численности районных команд в 20 - 30 человек [2, д. 11, л.1 и 2]. Несмотря на то, что объем работ с каждым годом уменьшался, все равно ежегодно Осоавиахим готовил много новых специалистов [2, д. 35, л.2]. Количество бойцов в группах и количество команд в районах варьировалось: их численность зависела от предполагаемого объема работ. От одной команды в 20-30 человек до девяти команд (244 бойца) в Октябрьском районе Бобруйской области [12, д. 19, л.4]. Не привлекали к работам и тех разминеров, которые поступили на учебу в ремесленные училища или работали трактористами и комбайнерами [2, д. 11, л.5].

Работы по разминированию планировались районными и областными исполнительными комитетами [3, д. 29, л.153; 12, д. 2, л.32]. К ним привлекались и воинские части. В Бобруйской области 71, 204 и 219 отдельные отряды разминирования, 63-й осмб (командир майор Владимиров) и в/ч 32842. В Могилевской - воинские части 17273, 66689 (командир гвардии майор Бирман), 66998, 67155, 67167 (подполковник Кравчик), 72471, 560 УВПС и команды 4 го отдельного запасного саперного полка. Как правило, использовалась только часть личного состава. Армейские минеры проводили разведку местности, первыми начали работы, и они, только они, работали со сложными минными полями. Им же поручались работы по разминированию оборонительных рубежей. Кроме военных и местных разминеров, для разминирования территории направлялись группы разминеров, подчиненных СНК БССР. Например, в 1944 г. в Бобруйской области работали две таких группы. Лейтенанта Ларионова (7 чел.), которая работала в районах, близлежащих к Бобруйску: Бобруйский (сельский), Глусский, Кировский, Кличевский, Октябрьский, Осиповичский, Стародорожский. Младшего лейтенанта Кожина (6 чел.), которая работала в районах, прилегающих к г. Слуцку [12, д. 2, л. 13 и 13 об]. Эти воины разминировали сами и готовили команды разминеров. ЦС Осоавиахима БССР проводил регулярно и проверки работ по разминированию. Например, в 1944 г. в Бобруйскую область по этому вопросу приезжали подполковник Славнин и лейтенант Парцевский [12, д. 2, л.34].

О быстром проведении работ по разминированию говорил и такой факт: местные жители разными способами сами приступали к очистке местности от взрывчатых веществ. Очень часто это оканчивалось плачевно. 18 апреля 1944 г. по просьбе председателя колхоза дер. Халипы пытался разминировать поле ржи сержант 257-й отдельной разведроты 199-й СД Бубнов Яков Васильевич. При снятии двенадцатой мины (ПТМ-41) он не заметил, что она связана с другой такой же, подорвался, получил ранения в голову, грудь, руки и ноги и не приходя в сознание скончался через десять минут. Не надо видеть в этом факте только неправильные действия. Можно понять председателя колхоза: война, разруха, нехватка продуктов, план поставки зерна государству (особо учтем, что война в самом разгаре). Можно понять и сержанта: он сам крестьянин - уроженец с. Поповка Крупецкого района Курской области, и видеть гибель урожая ему было горько и мучительно. Как разведчик он наверняка был знаком с разминированием (одиннадцать мин в этот день он все-таки снял), но воинское счастье отвернулось от него и он погиб [2, д. 6, л. 9].

В первую очередь разминированию подлежала пахотная земля. Планировали посевную площадь в Могилевской области очистить к весенней кампании 1945 г., остальные площади - к 1 января 1946 г. [2, д. 1, л.9; д. 14, л.3]. Первоочередной очистке подлежали луговые угодья и проезжие дороги [2, д. 46, л.94], железнодорожное полотно [3, д. 61, л. 75]. В 1945 г. были применены взрывные работы и для очистки фарватера рек Днепра и Сожа от Могилева до Славгорода и восстановлено судоходство на этом участке [2, д. 46, л.140]. Постановление СНК БССР от 3 октября 1944 г. требовало ускорить очистку лесных массивов для заготовок авиационно-фанерной березы и авиационной сосны, перележного леса для угольной и горнорудной промышленности и для обеспечения железной дороги дровами и шпалами [3, д. 61, л. 101]. Фактически, не было участка земли, который не проверяли разминеры. В отчетных документах Круглянского райсовета Осоавиахима о ходе работ по разминированию района записано, что их бойцы проверили «пашни, сенокосы, выпасы, сады и огороды, кустарники, леса и вырубки, болота, дороги и улицы, реки и озера, землю под строениями, населенные пункты» [2, д. 21, л.71].

Первыми к работам приступили организации восточных районов Могилевской области. По мере освобождения территории, восстанавливались местные органы власти и начинались работы по разминированию. В октябре 1943 г. первая группа разминеров - 6 инструкторов и 70 бойцов - приступила к работам. Бойцы сняли и обезвредили 65 противотанковых мин, 72 противопехотных, разминировали железнодорожный мост в Костюковичском районе (снято 165 кг динамита), обезвредили фугас на станции Кричев и пять авиабомб, собрали 65 кг тола и т.д. [3, д. 29, л.97]. Первая группа создавалась не Осоавиахимом, а военным отделом обкома партии. Могилевская организация Осоавиахима начала свою работу только с декабря 1943 г. в одиннадцати полностью или частично освобожденных районах. В первые месяцы было подготов-лено 44 инструктора и 621 боец-разминер (при плане 45 и 800), из которых создали 11 команд. Команды осмотрели и проверили 21 сельсовет. Разминерами снято: противопехотных мин 550 штук, противотанковых - 796, подобрано артиллерийских снарядов - 798, авиабомб - 212, минометных мин - 119 [3, д. 29, л.160].

Каким образом организовывались работы? В итоговом отчете Могилевского областного Осоавиахима по разминированию и сбору трофеев за 1944 - 1945 гг. приводятся такие факты [2, д. 11, л.5]. Работы начинались с разведки местности. Первоначально разведку проводили военные, но по мере передвижения войск на Запад эту работу стали проводить местные власти. Выделялись специальные бойцы-разведчики, проводился опрос местного населения, с зимы 1944/1945 гг. специальные заявки на разминирование подавали местные сельские Советы. Если обнаруживались минные поля, то: устанавливались их границы, огораживались, выставлялись предупредительные знаки, определялись характеристики поля. Учитывалась густота травяного покрова, захламленность поля, потребность взрывчатых веществ, устанавливался примерный объем работ. Затем выделялась команда бойцов во главе с одним инструктором. При работе обезвреженные мины подрывались непосредственно на месте. На мину, снаряд устанавливался подрывной заряд из взрывчатого вещества и поджигательная трубка и проводился подрыв. Выглядело это следующим образом. Боец-разминер с миноискателем или щупом на границе минного поля находил 5 - 10 мин и обозначал их. Затем его напарник готовил зажигательную трубку и подрывные заряды, после чего приступал к подрыву мин. Группы разминеров работали на расстоянии примерно в 150 метров друг от друга. Особое вни-мание уделялось доставке взрывчатого вещества на поле. Чаще всего его приносили бойцы на своих плечах - транспорта для подвозки не выделяли местные власти. При сдаче разминированной местности районным властям контрольной проверке подвергались два процента разминированной территории. Об объеме выполненной работы говорит тот факт, что территорию приходилось осматривать по четыре раза: рабочая разведка, контрольная разведка, разминирование и контрольная проверка [12, д. 19. л.4]. Если после этого случались подрывы или находки взрывоопасных предметов, то все повторялось заново. Разминерам хватало ра-боты.

За 1944 г. в Могилевской области были подготовлены 1403 бойца-минера и 101 инструктор [2, д. 11, л.1]. Без учета территории районов, отошедших в Бобруйскую область, а команды Осоавиахима созданы там еще могилевским руководством, разминировано и очищено в течение сезона 1 000 700 га земли (из 2 039 500 имевшихся в области). В том числе территория Горецкого, Климовичского, Костюковичского, Краснопольского, Кричевского, Мстиславльского, Чаусского, Чериковского, Хотимского районов и г. Могилева была очищена полностью. Территория Быховского, Могилевского, Славгородского и Шкловского - частично. В документах нет данных по Дрибинскому району. В течение года обнаружено 1347 минных полей общей площадью 7 831 га, из них разминированы 1318 (7 831 га) и не разминированы 29, «которые были огорожены и установлены предупредительные знаки». В течение года проверено 346 населенных пунктов, и 71 из них разминированы [2, д. 11, л.2].

Всего снято и уничтожено противотанковых мин противника 300 120 штук; противотанковых мин отечественных - 286 385 штук; противопехотных мин: противника - 700 869, отечественных - 550 669 штук; боеприпасов - 274 277 штук. Армейскими и осоавиахимовскими командами затрачено 180 147 человеко-дней на эти работы [2, д. 11, л.2]. Таким образом, к исходу 1944 г. полностью очистить территорию Могилевской области, а также и Боб-руйской не удалось. Необходимо признать, что объем работы оказался большим, чем планировался изначально. Сложными оказались и условия работы разминеров, прежде всего из-за многолетних, насыщенных минных полей. Недостаточной оказалась и предварительная разведка местности: в ходе работы были обнаружены новые минные поля, разбросанные взрывоопасные предметы, и это тоже повлекло отвлечение разминеров от запланированной работы. В некоторых районах, например, Быховском и Славгородском, и местные власти недооценили сложность работ. Были упущения и в работе военных саперов. Вследствие этих факторов разминирование пришлось переносить на следующие годы.

В Бобруйской области разминирование проходило и легче и сложнее. Сложнее - ибо область образована в сентябре 1944 г., и, первоначально, работы были организованы руководством других областей. Своих руководителей, в т.ч. и положенных по штату инструкторов, в первые месяцы не было. Поэтому команды «всю свою деятельность сводили к организации и проведению работ по сбору трофеев» [12, д. 2, л.26]. Боевые действия на территории ряда районов носили быстротечный характер, и загрязненность их взрывоопасными веществами была небольшой. К исходу 1944 г. полностью очищенными оказались такие районы как: Глусский, Стародорожский, Любанский, Копыльский и Старобинский. Военными саперами хорошо были очищены и сданы местным властям Кличевский и Слуцкий районы (очищены 219-м отдельным отрядом разминирования). В Кличевском районе команду разминеров создали (62 чел.), но к работе она не приступила: все сделали военные минеры [12, д. 2, л.11-12, 28; д. 19, л.4]. Не удалось очистить территорию июльского рубежа, прежде всего в Октябрьском и Паричском районах и г. Бобруйске (из-за большого числа развалин в городе).

Колхозные поля не могли ждать: стране нужна была сельскохозяйственная продукция. Разрушенным городам и шахтам нужен был лес. Поэтому на 1945 г. областное руководство запланировало завершить работы по разминированию территории. С этой целью зимой 1944/1945 гг. областным советом Осоавиахима были отправлены уполномоченные во все районы, которые проверили неочищенные территории и территории, подозрительные на наличие в них взрывоопасных предметов. На основе осмотров был составлен план работ на 1945 г. и определено число разминеров. Дополнительно требовалось подготовить 708 бойцов и 53 инструктора, но подготовили 475 и 22 соответственно [2, д. 11, л.2]. 15 апреля 1945 г. все 17 команд Могилевской области приступили к работам. Вместе с ними работали и воины 204-го отряда и 4 го запасного полка. По плану разминирования и проверки территории в 618 300 га, работами охватили 677 700 га, т.к. в ходе работ ко-мандами Осоавиахима были обнаружены еще 48 минных полей. Проверено 90 087 га повторной проверкой в Чаусском, Быховском, Дрибинском и Горецком районах из-за плохого качества работ в 1944 г. и 58 населенных пунктов (три - разминированы). Всего снято и уничтожено 811 245 взрывоопасных единиц. Командами разминеров затрачено 76 933 человеко-дня на работу.

Несмотря на большой объем и в 1945-м году работу не завер-шили. Остались неразминированными 36 минных полей (в Чаус-ском - 19, Дрибинском - 6, Славгорордском - 1 и Быховском - 10) в рубежных районах общей площадью 2 700 га [2, д. 11, л.3]. Что это за поля? Посмотрим на характеристику некоторых. В Быхов-ском районе «северо-восточнее деревни Р.С. - 1 км, противопе-хотное минное поле. Мины ПМЗ-2, ПМД-6-7 и противотанковые ПМИ-42 поставлены в три ряда, расстояние между рядами 15 метров, мины поставлены на опушке леса и пахоте (67 500 кв. м)». В Чаусском районе юго-восточнее деревни Х. 1,5 км, противотанковое минное поле, мины ТМИ-42, ЯМ-5 поставлены в шесть рядов, расстояние между рядами 15 метров, мина от мины - 4-5 метров. Длина минного поля - 2 500 метров. Поставлены на опушке леса (255 000 кв м)» [2, д. 11, л.8 и 8 об].

В Бобруйской области в сезоне 1945 г. работало 15 команд об-щей численностью 477 человек. Они отработали 28 182 человеко-дня, в среднем 65 дней на одного человека. Проверено 2 319 кв. км территории, при этом 1 720 кв. км разминировано и очищено от взрывоопасных единиц. Остальная территория оказалась чистой. Проверено 866 населенных пунктов, 108 из которых разминировано. Проверено 2 784 км дорог. Всего обнаружено, собрано и уничтожено путем подрыва 1 082 946 взрывоопасных единиц [12, д. 25, л.59]. На линии июльского рубежа работали воины 204-го отряда и 71 ОИБМ, которые не смогли в течение года выполнить заданный объем работы. Это объяснялось тем, что были обнаружены новые минные поля.

В г. Бобруйске основные работы по разминированию проводились с 1 по 30 апреля 1945 года. Работой руководил специально созданный штаб из пяти человек, начальником которого утвердили начальника штаба МПВО города Кудинкина. 29 бойцов и 8 инструкторов своей работой охватили территорию в 20 кв. км, собрали и уничтожили 9981 взрывоопасный предмет. Кроме того, городская команда обследовала и 2 678 га в Химовском сельсовете, где собрали и уничтожили 7 515 снарядов, 63 противотанковых мины и 50 гранат. Сложными оказались работы в Бобруйском доме отдыха, на чердаке которого сняли двадцать гранат-сюрпризов, а во дворе - фугас из 84-х толовых шашек. К началу лета завершили работы в крепости, на еврейском и русском кладбищах [12, д. 19, л.13]. В целом же, в отличие от Могилевской, в Бобруйской области к исходу 1945 г. большая часть территории оказалось очищенной и на ней восстановлен нормальный ход работ.

Для качественной приемки работ по разминированию в обла-стях были созданы специальные комиссии. В Могилевской области в нее вошли: Король, зам председателя облисполкома; Мирер, председатель облсовета Осоавиахима; Яськов, от обкома КПБ; ст. лейтенант Гареев, от ЦС Осоавиахима БССР; подполковник Мар-келов, от облвоенкомата; Яковлев, от облуправления НКВД и представитель Минского военного округа [1, ф.7, оп. 1, д. 8, л.527]. В Бобруйской области: Дикан, зам. председателя облисполкома; Кремнев, зав. военным отделом обкома КПБ; Кузнецов, представитель ЦС Осоавиахима БССР; Соколов, председатель облсовета Осоавиахима; Сандалов, зам. начальника облуправления НКВД; Юдин, начальник 4-й части облвоенкомата и Гаськов, представитель штаба Барановичского военного округа [12. д. 20, л.1]. В об-ластях имела своих представителей и Правительственная комиссия БССР по приему разминированной и очищенной территории от мин и взрывоопасных предметов. В Бобруйской области таким представителем был Захаров Я.З. [12, д. 20, л.31]. К началу декабря 1945 г. комиссии завершили приемку очищенной территории. Еще до начала работы комиссий стало ясно, что полностью территорию не удастся очистить от мин и в 1945 г.: линии оборонительных рубежей продолжали преподносить новые и новые сюрпризы. С другой стороны, было много нареканий и к качеству работ. На очищенной территории продолжали находить взрывоопасные предметы, и несчастные случаи продолжали иметь место. Справедливости ради, необходимо признать, что таких случаев стало гораздо меньше. Но, все-таки, они еще были. Комиссии рекомендовали все случаи расследовать правоохранительным органам, в результате чего значительное число подрывов людей и техники было квалифицировано как террористические акты, и обвинения с разминеров были сняты [2, д. 35, л.4; 3, д. 78, л.18; 11, д. 43, л.77].

Несмотря на огромную проделанную работу, ситуация с разминированием территории Могилевской области оставалась тревожной, и комиссия зафиксировала этот факт. Поэтому и Могилевский обком, и Могилевский облисполком серьезнейшим образом подошли к планированию работ разминеров на 1946 год. Вновь было потребовано полностью завершить работы. Была установлена персональная ответственность Мирера за качество проводимых работ. Строго указано местным партийным и советским работникам на недостаточное внимание к этим работам (неоказание помощи разминерам; отсутствие надлежащей охраны за собранными боеприпасами и оружием, что позволяло попадать им в руки преступных элементов и т.д. ). Настоятельно рекомендовалось заслушивать отчеты о разминировании на заседании райкомов и райисполкомов. Могилевский обком трижды в 1946 г. рассматривал эти вопросы. Также поступали Бобруйские областные власти [2, д. 35, л.6; 3, д. 78, л.18; 12, д. 2, л.32; 12, д. 7, л.6]. Разминеры были обеспечены всем необходимым имуществом: или со складов ЦС Осоавиахима БССР, или изготовленным на местах. Частично имущество получалось и закупалось (!) у воинских частей (например, у в/ч 51030) или в управлении дороги Москва - Брест [12. д. 19, л.74]. И Могилевский и Бобруйский обкомы и облисполкомы настойчиво просили руководство БССР, командование военных округов увеличить число военных минеров и организовать со стороны военного командования надлежащий контроль за их работой. Например, на 1946 г. могилевчане просили три саперные роты (в 220-250 человек) для полного завершения работ [2, д. 35, л.5; 3, д. 19, л.18; 12, д. 7, л.53 и д. 25, л.157об и 160].

В течение зимы 1944/1946 гг. в районах Могилевской области создали дежурные отделения, а в районах, прилегающих к рубежам, - дежурные взвода и с ними провели однодневные сборы «по практической работе по сбору и уничтожению взрывоопасных единиц». Всего к летнему сезону 1946 г. создали 17 команд в количестве 253 чел. [2, д. 25, л.1-2]. Кроме того, согласно Постановлению ЦС Осоавиахима БССР от 2 августа 1946 г. все сельсоветы представили справки о наличии минных полей. Работники Могилевского облсовета Осоавиахима посетили все 288 сельсоветов и на местах, вместе с разминерами, перепроверили сообщенную сельсоветами информацию. После чего сельсоветы выдали уже другие справки: о том, что взрывоопасных предметов нет и территория обрабатывается [2, д. 35, л.5].

Очистке подвергались территории Быховского, Горецкого, Дрибинского, Могилевского, Славгородского и Чаусского районов площадью 85 200 га (26 000 га - покосы, 17 900 - пастбища, 41 300 - леса и болота). Эта территория подлежала повторной проверке исключительно силами команд Осоавиахима. 37 минных полей должны были разминировать военные [2, д. 30, л.3 и 4]. Работы разворачивались медленно: военные команды были малочисленны, местные руководители формально относились к работе разминеров. К 10 июня выполнили работы только на двадцати процентах площадей. Потребовалось вмешательство областных и республиканских властей, для того чтобы ускорить производство работ. Были установлены льготы разминерам. Их привлекали на четыре месяца с отрывом от производства, но с сохранением заработной платы по основному месту работы. Могилевский облисполком выделил 8778 продовольственных пайков на сумму 17 356 рублей и на поощрение - 2500 рублей [2, д. 30, л.2]. СНК БССР своим постановлением для ускорения работ приказал в областях создать дополнительно команды в 15-30 человек каждая, по одной на район. Впрочем, у могилевчан работы шли лучше, чем в других местах. На 4 сентября 1946 г., т.е. к моменту окончания работ, повторной проверкой охватили только 68 413 га, военные разминировали 26 минных полей (21775 га) [2, д. 30, л.10]. В целом запланированный объем работ опять выполнен не был, но выполнить его можно было. Впервые при проверке территории не было обнаружено новых минных полей. Не было жалоб со стороны разминеров на отсутствие транспорта для перевозки взрывчатых веществ и на питание, т.е. областные власти хорошо подготовились к работам. Но подвела организация работ. Работало 11 команд (449 чел.), которые отработали 9923 человека-дня. На проверяемой территории обнаружено и уничтожено: 47 противопехотных мин, 24 противотанковых мины, 11 299 артснарядов. Всего 11 360 единиц. При этом 8729 единиц обнаружены при разборке развалин, в основном в городах, остальные - на перепроверенной территории [2, д. 35, л.4]. Несмотря на то, что работы не были завершены, они показали, что основной объем таких работ все-таки выполнен. С этого года основным видом работ разминеров становится перепроверка очищенной территории.

С 1947 г. основные работы по разминированию ложатся на плечи военных. Оставшиеся минные поля превратились в грозного противника, с которым могли бороться только профессионалы: поля заросли не только травой, но и кустарником. Устанавливается новая методика работы. Если раньше заявки на разминирование подавались в вышестоящий партийный и советский орган, облсовет Осоавиахима, то теперь непосредственно в управление Белорусского военного округа. При этом, если объем работ предвиделся большой, то заявку надо было подавать до октября месяца. Работы проводились с весны следующего за заявкой года [12, д. 45, л.47]. Сбылась мечта областного руководства и в том, что в г. Могилев на постоянное место дислокации прибыла инженерно-саперная бригада, на которую и легла вся последующая тяжесть работ по разминированию, вплоть до начала XXI века. Вместе с тем, областное руководство Осоавиахима через свои первичные организации регулярно проводило сбор сведений о наличии минных полей, подозрительных на минирование участков, о засоренных боеприпасами участках. Использовали и опрос председателей колхозов и совхозов, директоров МТС, лесхозов и предприятий.

Решения руководства БССР требовали, чтобы к разминированию продолжали привлекать разминеров. Устанавливались новые льготы для них. Например, в 1950 г. инструкторам платили 1000 рублей, бойцу 800 рублей зарплаты. Выплачивалась она два раза в месяц через начальников отрядов - ими теперь были начальники райотделов Осоавиахима. Оплачивались суточные и командировочные, но питание - за свой счет. При заболевании, связанном с разминированием, зарплата сохранялась в течение четырех месяцев. Но чем дальше отодвигались события войны, тем сложнее было вербовать добровольцев. Так, в 1949 г. в Могилевской области, вместо 75, завербовано 47 разминеров, а в работах участвовали только 36. В 1950 г. планировали 128 разминеров, но работало 63 [2, д. 17, л.1 и 5]. Разминеры не хотели работать не в своих районах, и если их направляли туда, то от работы отказывались [2, д. 7, л.3].

С началом пятидесятых годов разминированием стали заниматься военные. Основной объем таких работ был выполнен в пять послевоенных лет. Однако отдельные взрывоопасные предметы находятся и сейчас. Не стоит винить разминеров сороковых годов за это - они сделали все, что смогли. Нередко своими жизнями и здоровьем расчищали, в прямом смысле слова, нам настоящую жизнь. Сколько их было? Такой цифры нет. Работниками Государственного архива Могилевской области учтено 1225 человек, но в отчетных документах только за 1944-1945 гг. называется цифра в 1504 и 761 человека соответственно. А ведь были еще и 1946 - 1950 годы! Многие стали виртуозами разминирования. Романов В.А. (Дрибинский район) отработал 144 дня, обнаружил и уничтожил 8900 противотанковых и 10 010 других взрывоопасных единиц. Пешко С.С. отработал 120 дней, снял и уничтожил 5300 мин и 11 450 взрывоопасных предметов. Коровицкий Т.С. отработал 108 дней. Снял и уничтожил 6100 мин и 13 000 боеприпасов. Новиков М.И. отработал 138 дней. На его счету 730 мин и 12 000 других взрывоопасных предметов. Только в 1946 году областной совет Осоавиахима наградил денежной премией 98 лучших разминеров на сумму 37 000 рублей. 19 вручили знак «Отличный минер». Кроме того, Горецкий райисполком наградил ценными подарками 15 разминеров своего района [2, д. 11, л. 20-21]. Лучших из лучших представляли к награждению медалью «За боевые заслуги» и к ордену Красной Звезды, но были ли они награждены - неясно. Таких документов в архиве нет.

На сегодняшний день разминеры не считаются участниками и ветеранами войны и на них не распространяются соответствующие льготы. Лучшей памятью о них и их работе стал бы памятник или памятная доска. Их можно было бы разместить или у здания Могилевского областного совета ОСТО, или у здания облвоенкомата в г. Могилеве.

Сводная таблица о чрезвычайных происшествиях

при разминировании в Могилевской области
за 1944 – 1945 гг.
(составлена по: ГАМО, Ф.958, Оп. 2, д. 39, лл. 11 и 11 об)
Фамилия, имя, отчество
Год
рождения
Степень
ранения
 
4 июля 1944 г. в дер. Гашевка Чериковского района проявила неосторожность при подрыве снаряда и подорвалась
1.
Марченко София Семеновна
1928
Ранена
 
21 июля 1944 г. в дер. Староселье Чаусского района случайно задел натянутую проволоку Высоцкий А.Ф.
2.
Вы (и)соцкий Адам Федорович
Убит
3.
Божко
1927
Убит
 
16 июля 1944 г. при работе на минном поле в Дрибинском районе, отвинчивая запал от мины ПМЗ­2, применил физическую силу
4.
Шерснев Василий Власович
1927
Ранен в правую руку
 
16 июля 1944 г. при выходе с минного поля
в Дрибинском районе случайно наступил на мину
5.
Белинский Владимир Михайлович
1928
Оторвало ноги
 
22 июля 1944 г. в дер. Прибор Быховского района случайно наступил на мину Каравацкий М.Л.
6.
Каравацкий Михаил Леонович
1927
Убит
7.
Хамицеевич Алексей Иванович
1918
Ранен в спину
8.
Стрельцов Анатолий Тихонович
1927
Ампутирована левая нога
9.
Пугачев Сергей Лазаревич
1927
Ранен
в обе ноги
 
1 августа 1944 г. работая на сложном минном поле
в Дрибинском районе, случайно задел веревку,
которая была привязана с кошкой к мине
10.
Павлюченко Александр
1927
Ранен в правую ногу
 
2 августа 1944 г. в 6 км от дер. Никоновичи Быховского района случайно наступил на мину
при разборе трофейного оружия Корзе К.П.
11.
Корзе Константин Павлович
1927
Убит
12.
Баранович Егор Герасимович
1927
Убит
13.
Коровской Дмитрий Ефимович
1927
Ранен в живот
и обе ноги
 
13 августа 1944 г. при работе на минном поле, сильно заросшем травой и бурьяном, в Могилевском районе
подорвался Дворецкий Н.О.
14.
Дворецкий Николай Осипович
1928
Убит
15.
Заливко Исаак Егорович
1928
Легко ранен
16.
Заппе Стефан Лаврентьевич
1928
Легко ранен
17.
Князев Сергей Дмитриевич
1928
Легко ранен
 
18 августа 1944 г. при проверке минного поля, снятого воинскими частями, подорвались на необнаруженной мине
18.
Чиж Брониславль Иванович
1928
 
19.
Шаршуков Николай Кузьмич
1928
 
 
28 августа 1944 г. в дер. Пупли Горецкого района
на наезженной дороге случайно наступил на мину
20.
Береснев Анатолий Андреевич
Убит
 
22 сентября 1944 г. при работе на минном поле
в Дрибинском районе случайно наступил на мину
21.
Борисов Николай Григорьевич
1928
Ранен в руку
и ногу
 
23 октября 1944 г. в дер. Бородинка Дрибинского района
при разминировании сложного минного поля
с большими зарослями травы и бурьяна
22.
Дятлов Владимир Иванович
1928
Убит
 
30 октября 1944 г. в дер. Киселева Буда Климовичского района
при обезвреживании противопехотной мины
23.
Кузменко(в) Михаил Данилович
1927
Убит
 
30 августа 1944 г. в дер. Хвойно Могилевского района
при проверке минного поля снятого воинской частью подорвались
24.
Авсеенко Петр
1928
Тяжело ранен
25.
Богомазов Максим
1928
Убит
26.
Шевцов (Шельцов) Николай
1928
Убит
 
5 мая 1944 г. при обезвреживании мины на минном поле
в Славгородском районе подорвались
27.
Игнатенко Николай Никитович
1928
Легко ранен
28.
Игнатенко Иван Яковлевич
1926
Легко ранен
29.
Кравцов Иван Иванович
1928
Легко ранен
30.
Константинов Михаил Ефимович
1928
Легко ранен
31.
Команденко Леон Иванович
1928
Легко ранен
29 октября 1944 г. при разжигании костра для приготовления пищи
в Шкловском районе не осмотрел территорию и подорвался
32.
Прокофьев Ефим Иванович
1889
Ранен
 
26 апреля 1945 г. в дер. Конюхи
при разминировании минного поля подорвались
33.
Бадов Леонид Павлович
Убит
34.
Максимов Леонид Стефанович
1928
Ранен
 
8 мая 1945 г. в дер. Ильинка Могилевского района
при разборке снаряда
35.
Громов Михаил Митрофанович
1928
Убит
36.
Тарасов Егор Прокопович
1928
Убит
37.
Кравченко Алексей Иванович
1928
Легко ранен
38.
Фрейберг _______ Эдуардович
1928
Легко ранен
 
23 мая 1945 г. при поднятии гранаты для уничтожения
в дер. Ильинка Могилевского района
39.
Петров Олег Петрович
1928
Убит
 
2 июня 1945 г. в Быховском районе глушил рыбу и подорвался
40.
Бадяев Виктор Федорович
1928
Убит
12 июня 1945 г. в Быховском районе
при обезвреживании мины
41.
Коржев Михаил Павлович
1928
Ранен
 
1 августа 1945 г. в дер. Конюхи Горецкого района
при разминировании минного поля подорвались
42.
Камедько Егор Федорович
1927
Убит
43.
Королев
1927
Ранен в голову
 
23 августа 1945 г. при определении границ минного поля
в Чаусском районе подорвался
44.
Бессмертный Николай Григорьевич
1927
Ранен
в руки и живот
Использованные источники:

 1. Государственный архив Могилевской области (ГА МО), Ф. 818, Оп. 2 Могилевское областное управление связи

2. ГА МО, Ф. 958, Оп.2

3. Государственный архив Общественных организаций Могилевской области (ГА ОО МО), Ф. 9, Оп.1 Могилевский областной комитет КПБ

4. ГА ОО МО, Ф. 9, Оп. 8

5. ГА ОО МО, Ф.9, ОП. 8а

6. ГА ОО МО, Ф. 9, Оп. 32

7. ГА ОО МО, Ф. 9а, Оп. 1

8. ГА ОО МО, Ф. 42, Оп. 2

9. ГА ОО МО, Ф. 42, Оп. 5

10. ГА ОО МО, Ф. 2951, Оп. 2

11. ГА ОО МО, Ф. 4317, Оп. 1

12. ГА ОО МО, Ф. 4317, Оп. 11

13. Цыганов А. Мальчишки шли на мины //Могилевская правда. – 1994. –15 сент. – С.3.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.