Рус Бел Eng 中文

Жители поселка Гощ-Чарный Горецкого района превращают родительские дома в дачи, любят рыбалку и дорожат историей деревни

Вековые дубы, липы и даже ели. Единственная улица в Гощ-Чарном Горецкого района, как аллея, длинная и уютная. Ее название — Некрасова — сразу настраивает на литературную волну. Правда, пора уже не студеная. Да и лошадки с хворостом и маленьким возчиком не видно, как, впрочем, и никого другого. Сонное оцепенение деревни нарушил разве что мартовский кот, выскочивший из-за одной из калиток и тут же ретировавшийся обратно. Но, как выяснилось, первое впечатление обманчиво. Хотя до летнего сезона, когда поселок заметно прирастает дачниками, еще далеко, пульс жизни здесь очевиден. Нужно лишь постучаться в нужные двери.

Водились даже раки

Если официально Гощ-Чарный считается одной деревней, то местные жители испокон веков разделяли ее на две. Пенсионер Василий Шупилов уточнил: он родился и вырос в Чарном. Выучился на водителя, работал в Горках, но в итоге остался жить на малой родине. Родительский дом перестроил, добавив к пятистенке веранду и красивое крыльцо со скамеечками: передохнуть здесь после хлопот на подворье — самое то. Сейчас не сезон, работы на огороде нет, так что и время на разговор с гостями можно выкроить. Начинаем, разумеется, с истоков — откуда название? Сельчанин не сомневается: Гощ — от старинного «гуща», то есть одного из синонимов слова «лес». Сегодня до гущи-чащи еще добраться надо, а вот раньше она буквально граничила с крестьянскими наделами.

— В 1950-е здесь жила столетняя старушка, которая помнила даже дореволюционные времена. Она нам рассказывала, что в начале прошлого века грибы-ягоды чуть ли не на огородах собирали. Охотники здешние места тоже уважали, — поделился Василий Сильвестрович.

 Вторую часть названия — Чарный — сельчане отождествляют с болотом. Их тут было не счесть. Да и в водоемах недостатка не чувствовалось: кроме небольших озер, которые сохранились до сих пор, еще несколько десятков лет назад протекала речка Чарная. Шупилов утверждает, что местные жители ловили тут раков и щук, не говоря о карасях или пескарях. Но в 1970-е на болотистых землях активно поработали мелиораторы — и реки не стало. Зато бывшие трясины превратились в плодородные земельные угодья. Часть из них сегодня занимает опытно-экспериментальное поле «Тушково» государственной сельхозакадемии.

Свои яблоки вкуснее

У ученых тоже есть своя версия рождения названия деревни. В частности, Ольга Евсеева в журнале «Вопросы географии», который издает Русское географическое общество, исследовала топонимию белорусско-русского пограничья. И пришла к выводу: изначально приставкой могло быть слово «черный», которым первые поселенцы обозначили степень густоты лесной чащи. Есть и третье, неофициальное мнение, где считается, что «чарный» — от слова «чары, очарование». Такую приставку вполне могли навеять здешние красоты.

Согласно историческим хроникам, первое упоминание Гощ-Чарного относится к XVIII столетию. Правда, о том, как здесь жили люди до революции, неизвестно.

— В 1920-е, — пересказал воспоминания старожилов Василий Шупилов, — здесь были массовые переселения. Кто-то перебрался в поселок из соседних сел, кто-то из ближайших хуторов.

А в 1930-е крестьяне объединились в сельхозартель имени Кирова. Сегодня в Гоще «аборигенов» практически не осталось, а вот в Чарном есть. Но тоже негусто: на всю улицу, объединяющую обе части поселка, — 16 жителей.

У Марины и Александра Кубышкиных нынче прописка сельская. Впрочем, городской период в биографии тоже был — в райцентре, где когда-то познакомились. Но связи с деревней пара никогда не прерывала: приезжали к родным в отпуск и на выходные. А когда пришло время, вернулись насовсем, в отчий дом, где раньше жили родители мужа. Хозяева предлагают с дороги выпить чаю или кофе, отведать яблок из собственного сада. Минувший сезон, поделились, выдался урожайным, так что фрукты удалось сохранить до весны. Запас не лишний: тут тебе и витамины, и вкус отменный — никакие привозные с домашними яблоками и рядом не стояли!

Вообще, огород, считают, большое подспорье для пенсионеров. Агрономических экспериментов они не проводят, но базовый крестьянский набор — картошка, капуста, морковка, лук, огурцы — выращивают. Из живности есть куры и коты, причем заботятся сельчане не только о своих мурлыках, но и о соседских — на время зимы.

Марина Степановна то и дело выглядывает в окно: скоро должен прибыть автомагазин местного райпо. В Гощ-Чарном он бывает дважды в неделю, так что проблем с продуктами нет. Ассортимент тоже вполне приличный, а если чего-то и не хватает, всегда можно оформить заказ. К слову, собственного сельмага в деревне не было никогда. Так же, как клуба или школы.

— В начальных классах на уроки ходили в соседнее Тушково. Потом — в Панкратовку, — вспоминает Александр Кубышкин.

Вторая жизнь родного дома

Главная отличительная черта сельчан из Гощ-Чарного, отмечают супруги, — взаимопомощь:

— Очень дружно жили. Никогда такого не было, чтобы кто-то первым выкопал картошку и не помог соседу. Крыша прохудилась, крыльцо требует ремонта — с любой проблемой шли один к одному, и каждый был уверен, что без поддержки не останется. Праздники опять-таки совместно отмечали: свадьбы, проводы в армию, юбилеи. Если кто бил кабана, тоже вся деревня «на печенку» собиралась. Холодильников не было, зато свежину ели, считай, круглый год!

… Автолавка, наконец, прибывает, Кубышкины спешат за покупками. Ну а мы отправляемся дальше. И неожиданно попадаем в зимнюю сказку: во дворе у Михаила Безносова выстроились скульптуры зверей под шапками снега. На полке в беседке — старинные утюги, забор украсили колеса от подводы, деревянное корыто и «праник» для глажки белья. Михаил Васильевич рассказал, что многое из этой музейной коллекции нашел на развалах старых домов. Как и некоторые другие земляки, они с женой тоже дали родительской хате вторую жизнь. Дом стал для них дачей, и собирается семья здесь в основном в теплое время года.

Председатель Добровского сельисполкома Владимир Тербов не скрывает: когда выросшие дети и внуки не спешат избавиться от отчего дома, а наоборот, продолжают о нем заботиться, это очень здорово:

— В тех случаях, когда наследников нет или найти их никак не удается, ветхие дома сносятся. За последние годы на территории сельсовета снесено 250 ветхих пустующих домов, а высвобожденная земля возвращена в севооборот. Но лучше, если хаты продолжают стоять. Ведь большинство из нас родом из деревни, значит, здесь же кроется и так называемый центр силы. А за каждым из названий — своя история. У нас, к примеру, есть деревня Ермаки — считается, что в память о казачьем атамане. Или взять переселенческие поселки Комаровичи и Старинка. Названия, казалось бы, обычные. Но это пока ничего о них не знаешь, ведь на самом деле речь идет о большом переезде на горецкую землю двух сел из Чериковского и Славгородского районов. Даже страшная чернобыльская авария не поставила точку в их существовании: люди организованно перебирались сюда колхозами и селами. Соответственно, и названия деревень перенесли на карту Горецкого района. Так их малая родина продолжает жить.

Светлана Маркова, Андрей Сазонов, СБ

 

При использовании материалов активная гиперссылка на mogilev-region.gov.by обязательна