09.06.2026 - 12:23

Свято–Вознесенский женский монастырь у агрогородка Барколабово Быховского района окутывает своим покоем и ароматом цветов. Основанный в 1641 году, за почти четыре сотни лет он пережил немало сложностей. Несмотря ни на что, жизнь в нем не прекращается, а люди продолжают ехать сюда из разных уголков, чтобы поклониться Барколабовской иконе Божией Матери и получить благословение. Корреспонденты БЕЛТА побывали в монастыре и узнали, чем наполнены будни сестер.


Расположился монастырь на живописном берегу озера, в десяти километрах от Быхова. Здесь, кажется, время течет в другом измерении: всеобъемлющая тишина и умиротворение. И уходить отсюда не хочется.


Сейчас здесь живут 16 сестер. Последние девять лет его возглавляет игуменья Ангелина, прибывшая сюда из Полоцкого Спасо–Евфросиниевского монастыря.

«Я родом из Брагина Гомельской области. Мои бабушка и дедушка были верующими, но нас вере никто не учил. Это было непростое и неспокойное время: за исповедание Христа можно было и в тюрьму попасть. Но я видела в детстве, как молилась бабушка, молился дедушка. Помню, к нам в дом приходили люди из числа властей беседовать, мой дедушка доказывал одному человеку, что Бог есть», – делится воспоминаниями она.

Верующей матушка Ангелина чувствовала себя с самого раннего детства. «Помню, на вечере Рождества Христова бабушка с дедушкой стояли перед иконами на коленях и молились. Под иконами стоял на сене горшок с кутьей, а взрослые их дети сидели на лавке и смотрели, как старшие молятся, – рассказывает она. – А я стала между ними на коленки, взрослые стали смеяться и просить встать. А я им ответила: «Ни за что и никогда не встану!» И так я простояла с ними, пока они молились».


Потом была школа, учеба в вузе. Но вера и Бог всегда были в сердце и душе матушки Ангелины. Но росла она в период, когда в школе учителя говорили об атеизме, что Бога нет. А в вузе атеизм был отдельным предметом, и его нужно было сдавать.

«Прошло время, мне было где–то лет 25, я была замужем, у нас было двое деток. В то время на нашу семью пошли такие скорби, что страшно вспомнить. Выжить помогло живое участие моей мамы. Все это привело меня к тому, что Бог есть, я поняла это через определенные факты, – поделилась она. – И тогда я для себя решила: все пусть идут куда хотят, а я иду к Богу. И после этих слов я с этого пути никогда не сворачивала».

Матушка в мирской жизни работала учителем математики, с семьей жила в Лоеве. Гонения за веру все еще продолжались, но, говорит она, уже не ссылали, но работы могли лишить. В тот период она стала тайной христианкой – желание знать о Боге, церкви только крепло. Посещала храм, исповедовалась и причащалась, брала с собой на службы детей. После переезда в Минск в начале 1990–х жизнь пошла иначе. В какой–то момент она дала Богу обещание, что больше не будет скрывать своей веры – и надела платок. Здесь же, в Минске, она встретила женщину, которая рассказала ей о монастыре в городе Елгаве – Преображенской пустыни.


«Когда я первый раз увидела монастырь – моя душа запела, – вспоминает она. – Жизнь монастырская непростая и тяжелая. Но мне все нравилось. Я как–то сразу стала примерять этот образ жизни на себя, мне хотелось там быть. В монашество так просто не приходят – это призыв божий. Монашество – особое служение, особый уклад жизни».

Теперь матушка Ангелина руководит женским монастырем у Барколабово. Здесь живут, учатся, проводят службы, выполняют определенные послушания.

«Монастырь – это строгое духовное устроение, которое возглавляет игуменья, если он женский, и игумен – если мужской, – рассказывает она. – Сестры в монастыре располагаются по старшинству: сначала идут схимницы, потом мантийные монахини, потом инокини и послушницы».


Тут соблюдают определенный уклад жизни. День начинается с 6.00 чтением полуночницы в храме. После читают акафист перед чудотворным образом Божией Матери, служат литургию, которая в будние дни начинается в 8.00.


После литургии – трапеза. А потом все идут на послушания, то есть на работу. «У нас работы разные. Например, работа по храму – нужно все убрать, пропылесосить и вытереть пыль, навести порядок в алтаре. Еще одна работа по храму – одна из сестер печет просфорки, на которых служится литургия. Их освящают, сестры каждый день с крещенской водой их употребляют, просфорки покупают прихожане и так мы их дарим, – рассказывает матушка. – Еще один вид послушания – пономарство. Это помощь батюшке служить: разжигают уголь, подают кадило. Эти сестры меняют иконы в основном киоте посреди храма. А еще у нас есть хор – каждая служба сопровождается пением. Это тоже вид послушания».

Работают сестры в трапезной, ухаживают за огородом и коровами, еще одна сестра занимается пчелами – на территории храма стоят несколько домиков. Уборка храма и корпуса, уборка в номерах гостиницы, которая есть на территории, – забот у насельниц хватает. Присматривают сестры и за территорией монастыря – ухаживают за цветами и деревьями, поддерживают порядок и красоту.


После рассказа об укладе жизни идем знакомиться с территорией и историей монастыря. Игуменья Ангелина проводит небольшую экскурсию.

Тут расположен храм в честь Рождества Иоанна Предтечи, колокольня, ротонда для праздничных служб, жилой корпус с трапезной, библиотекой и кельями сестер. В современной жизни келья – небольшая светлая комната без излишеств, но со всем необходимым.

«Древний православный монастырь был основан в 1641 году. Открытие православного монастыря в Речи Посполитой, во время засилья католичества и униатства, требовало большого мужества. Но белорусский магнат Богдан Стеткевич и его супруга княжна Елена Соломерецкая сделали богатый вклад и открыли девичий монастырь в своем имении, – рассказывает матушка. – Игуменья Фотиния и ее сестры пришли из Оршанского Кутеинского монастыря, и сразу же началось строительство двух церквей: Свято–Вознесенской и Рождества Иоанна Предтечи».


А через 14 лет тут произошло чудесное событие. «В 1655 году русский князь Семен Пожарский тайно вез в своем обозе икону Божией Матери, – рассказывает матушка Ангелина. – В момент, когда его обоз поравнялся со святым местом, стали лошади, а с ними и повозка. Икона стала недвижимой. В сумерках князю пришлось отдать икону игуменье монастыря. Матушка вместе с сестрами без препятствий взяли икону и отнесли ее в новый Вознесенский храм. По оценкам ученых, икона принадлежит слуцкой школе иконописи и была написана в XVI веке. С того времени икону называют Барколабовской чудотворной иконой. Тысячи людей получили исцеление от различных болезней. Исцелялись слепые и хромые, становились здоровыми руки и ноги (об этом свидетельствуют архивные записи). И сейчас, как и в древности, Божия Матерь чудотворит не меньше, возвращает здоровье с верой к ней прибегающим».


На протяжении всего времени существования монастырь оставался православным. Когда в 1930 году он был закрыт, главную святыню обители – чудотворную икону – сестры сохранили.

Во время немецкой оккупации было разрешено проводить богослужения. Сестры, жившие в близлежащих деревнях, вернулись в монастырь. «В начале войны сестры, жившие в деревне Седич и там же хранившие икону, вместе с жителями этого и соседних населенных пунктов совершили грандиозный крестный ход с чудотворным образом, следуя из деревень Седич и Залохвенье через монастырь в Барколабово. К нему присоединялись все от мала до велика, – рассказывает настоятельница. – На Барколабовскую площадь вышли полицаи, разгоняли людей выстрелами. Но в тех местах, где прошли с чудотворной иконой, не взорвался ни один снаряд – они падали, но не взрывались. Все мужчины вернулись с фронта, никого не угнали на работу в Германию. А рядом в Барколабово, на Днепровской улице, фашисты сожгли 40 домов».


В послевоенное время в монастыре были детдом, туберкулезная больница и аптека, пионерский лагерь «Светлячок».

Возрождение монастыря началось с 12 июля 2008 года, когда с матушкой Антонией из Оршанского Успенского монастыря приехали 8 сестер.


Игуменья Антония уже на покое, но продолжает жить при монастыре. Ей в быту помогают сестры, она часто выходит на прогулки при хорошей погоде. Она хорошо помнит, что встретил их тут заросший пустырь. Жили в стесненных условиях, но трудились неустанно. «Я сама из этой деревни, но когда вернулась, никого не знала, – вернулась, когда уже 70 лет было, – говорит она. – Познакомилась с главой сельсовета, везде ходили и просили помощи – люди не отказывали, давали вагонами цемент и кирпич. Матерь Божья нам помогала и вела. Понемножку, по чуть–чуть – и получилось у нас все».


В монастыре возобновлен храм Рождества Иоанна Предтечи, построена колокольня, жилой сестринский корпус, ротонда. Есть своя пасека, скотный двор, пахотные земли. Основное занятие сестер – труд и молитва.

Гуляя по территории современного монастыря, уже узнав его историю, понимаешь, какая огромная работа тут проведена. Ровные дорожки, словно ленточки, тянутся к храму, ухоженная территория, расцветающие и цветущие клумбы, свой сад. На территории монастыря живут коты, а в гнезде рядом с жилым корпусом аисты выхаживают свое потомство – насчитали четыре аистенка. С другой стороны – озеро, а дальше за ним – поля и леса. Раньше берег монастыря подмывал Днепр, была даже угроза разрушения храма. Но нашелся инженер, который помог отвести русло подальше, – теперь до реки 10 минут ходу, а на месте бурных вод образовалось спокойное озеро.


Приезжают в монастырь люди не только из Беларуси. В святое место едут из ближнего и дальнего зарубежья. Здесь часто принимают паломников, проводят экскурсии, в монастыре можно пожить несколько дней и потрудиться.


«Приезжают даже те, кто не верит, просят просто на лавочке посидеть на территории монастыря, – говорит матушка Ангелина. – А на праздничные службы, на Рождество Иоанна Предтечи, которое отмечается православными 7 июля, тут собираются тысячи прихожан. Служба проходит на улице, в ротонде с алтарем. Мы ставим усилители, чтобы каждый желающий мог присоединиться к службе, потому что в храм все просто не могут поместиться».

В Свято–Вознесенском Барколабовском монастыре всегда рады гостям.


Анастасия Гузовская, фото Олега Фойницкого, БЕЛТА

Теги