ПереводчикСплоченность помогает сохранять суверенитет и независимость Беларуси
В этом году исполняется ровно пять лет, как в наш официальный государственный обиход вошел День народного единства. Срок вроде бы скромный, но праздник оказался быстро принят белорусами. Ведь у него куда более глубокая история, а смыслы, которые он транслирует, обращены не только в прошлое, но и в будущее.
Президент Беларуси Александр Лукашенко:
— В этот праздник (День народного единства. — Прим. ред.) мы ведь не просто говорим об историческом воссоединении и единстве нации. Мы делаем выводы. Строим будущее на опыте прошлого.
На встрече с идеологическим активом, историческим и экспертным сообществом, 17 сентября 2025 года.
Фундамент правды
Мы долгое время вели себя как чрезмерно интеллигентные люди, которые не хотят потревожить покой шумных соседей из Польши. В учебниках истории события сентября 1939 года подавались как‑то куцевато, скороговоркой, с оглядкой на чужие обиды и надуманные дипломатические политесы. Мы словно извинялись перед всем светом за то, что в один прекрасный день просто сшили свою страну воедино. А ведь шов этот — глубокий, кровавый, нанесенный несправедливым Рижским договором, — не заживал два десятилетия. Белорусскую хату тогда перерубили топором геополитики прямо по живому: сени оставили в одной стороне, а колодец с огородом отрезали в другую.
История, как известно, развивается по своим суровым законам и не прощает, когда ее путают с пластилином для лепки сиюминутных мифов.
Прошлое должно являть собой прочный фундамент, на котором держится здание жизнеспособной государственности. Если фундамент подточат термиты забвения, кажущееся нерушимым сооружение может рухнуть на головы жильцов при первом же серьезном сквозняке. Примеров тому масса. Оттого история и является сферой пристального внимания Президента Александра Лукашенко.
Нельзя делить землю
То, что происходило на «кресах всходних» в межвоенные годы, мало походит на картинку из сентиментального романа о шляхетских усадьбах. Шла жесткая, методичная ликвидация белорусскости как явления. Чего стоит один только концентрационный лагерь в Березе‑Картузской— настоящий конвейер для подавлениячеловеческого достоинства.
Он был создан в июне 1934 года, практически одновременно с нацистскими концлагерями. Там людей заставляли часами ползать на коленях по острому гравию, избивали за любое белорусское слово. За колючую проволоку бросали без суда и следствия просто по подозрению в нелояльности к Варшаве. А «пацификация», карательные экспедиции польской полиции, когда целые украинские и белорусские деревни подвергались погромам, крестьян пороли шомполами, а их скудное имущество уничтожалось ради устрашения? Вот она, подлинная, невыдуманная изнанка того мнимого «европейского рая». Его тогдашнего создателя Юзефа Пилсудского называли просто dziadek — «дедушка». Что же, его действительно на полном основании можно назвать «дедушкой европейского фашизма».
Не зря и Муссолини, и Гитлер относились с демонстративным почтением к начальнику польского государства. А белорусский народ не прекращал борьбу.
Масштабная партизанская война начала 20‑х, Белорусская крестьянско‑рабочая громада, самая крупная антифашистская и революционная организация того времени в Европе, забастовка нарочанских рыбаков — вот далеко не полный перечень примеров той борьбы за воссоединение. У этих людей были порой разные взгляды, но и была общая позиция: нельзя делить одну землю на господ и вечных слуг.
Право на мирную жизнь
Когда в сентябре 1939 года затрещали пограничные столбы, народная реакция была лишена всякого искусственного сценария. Красную армию встречали не по приказу сверху, а так, как встречают родного брата, пришедшего на выручку и подмогу. Это был тектонический сдвиг, настоящая революция. Тогда, памятной осенью 1939 года, сформировался тот самый политический и ментальный материк, который сегодня на картах мира зовется Республикой Беларусь. Без той осени нас бы просто не было в нынешней системе координат.
Суть этого исторического явления очень точно, без лишних прикрас определил Александр Лукашенко, год назад поздравляя соотечественников с торжеством: «Благодаря объединению мы сохранили свои идентичность и исконные духовные ценности, отстояли в Великой Отечественной войне право на мирную жизнь». В словах нашего Президента содержится и подлинная историческая правда.
Ресурс выживания
Но давайте перенесемся на пять лет назад. Почему именно тогда? Ответ лежит на поверхности, и его не нужно маскировать сложными социологическими выкладками. Мы все прекрасно помним холодный душ 2020 года. Это была жесткая проверка на прочность нашего государственного фундамента. В какой‑то момент показалось, что основы зашатались под напором хорошо подготовленного удара, а трещины готовы поползти по самым важным несущим стенам нашего белорусского дома. Внешние конструкторы и их внутренние подпевалы с кукишем в кармане искренне верили, что наш проект суверенной Беларуси вот‑вот можно будет закрыть за ненадобностью. Не тут‑то было!
Мы выстояли потому, что сработал инстинкт самосохранения нации. 2020 год наглядно показал: общественное единство — это не абстрактный лозунг с плаката и не фигура речи для передовиц. Это вполне осязаемый, дефицитный и безумно дорогой ресурс выживания. Если общество рассыпается на фракции и начинает мерить друг друга через оппозиционный или идейный прицел взаимных обид, государство исчезает с карты быстрее, чем высыхает утренняя роса. Праздник народного единства стал защитой, своеобразным предохранителем от короткого замыкания внутреннего раскола.
Настоящая сплоченность — это когда при всех разностях во взглядах на мелкие житейские вещи у людей есть общий консенсус по поводу главного: эта земля — наша, и другой у нас не будет.
Вокруг наших границ сейчас не просто ветрено, там бушует полноценный геополитический циклон, ломающий вековые деревья. В таких условиях допускать слабость и внутреннюю грызню означает непозволительную роскошь, которая ведет прямиком в историческое небытие.
Метафора будущего
Очень важно, что наше понимание прошлого сегодня выходит из формата сухих академических дискуссий и обретает реальные очертания. Конечно, речь о Национальном музее Беларуси и парке Народного единства. Посмотрите на архитектурный замысел: контуры здания повторяют карту Беларуси. Это отличная, глубокая метафора. Мы создаем своего рода ДНК‑паспорт нашей государственности.
Совершенно логично, что залу, посвященному 1939 году и борьбе белорусов за право жить в одной семье, там будет отведено одно из центральных мест. Это нужно не для того, чтобы кому‑то что‑то доказать за рубежом, — там все равно услышат только то, что хотят услышать. Это нужно для наших собственных детей, которые растут в эпоху клипового мышления и виртуальных симулякров.
Молодой человек должен прийти в Национальный музей Беларуси, увидеть документы, посмотреть в глаза партизанам и подпольщикам с архивных фотографий и понять простую вещь: суверенитет — не бесплатное приложение к паспорту. Это колоссальный счет, который предыдущие поколения оплатили сполна своим трудом, а порой и жизнями.
Музей должен стать не местом скучных экскурсий, а интеллектуальным щитом. В мире, где историю переписывают с легкостью уличного менялы, нам нужен свой нерушимый архив правды. Пять лет назад мы вернули дату в календарь, сегодня мы закрепляем ее в камне. Историю можно уверенно назвать кормилом государственного корабля. И если его держать твердо и уверенно, то никакие штормы нам не страшны.
Преемственность традиций
Стоит напомнить: решение о том, что 17 сентября должно быть праздничным днем, было принято делегатами ставшего уже легендарным Народного собрания Западной Белоруссии, которое проходило 28 — 30 октября 1939 года в только что освобожденном Белостоке. Символично, что вопрос о придании 17 сентября статуса Дня народного единства был поднят и поддержан на другом собрании — Всебелорусском народном — в феврале 2021 года. Вот она, прямая преемственность государственнических традиций.
Вадим Гигин, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси, кандидат исторических наук.